— Не знаю, — пожал я плечами, — там было очень страшно и всё происходило очень быстро. Крыло не объяснял свои поступки.
— Странно, а вот они говорят другое, — пробормотал якобы себе под нос дознаватель, и тут же перевёл фокус внимания на другой вопрос, — скажи, что ты почувствовал, когда получил благословение Сухоруковой?
— Благословение? — искренне удивился я, — обычно она снимала усталость и восстанавливала мне силы, когда я падал в спортзале перед макиварой. Про благословения не знаю.
Дорогая перьевая ручка, которой инквизитор делал заметки в записной книжке, замерла на середине пометки. Инквизитор оторвал взгляд от записей и воткнул его в меня. Стало жутко неуютно под этим взглядом, рассматривающим меня словно какого-то мерзкого насекомого.
— Это был юмор? — ледяным тоном поинтересовался он у меня, — попытка пошутить над инквизитором?
Я замотал головой совершенно рефлекторно. Взгляд инквизитора пробирал до самых потрохов. Раскалённым шилом протыкал мозги, давя на сознание, вызывая непроизвольные спазмы мышц. Силён, мужик!
— Если я и получал на том берегу какое-то благословение от Сухоруковой, то не помню. Без сознания был, наверное, — придавленный взглядом, выдавил из себя я.
Рассказывать правду до самого конца я не собирался. Хватит и того, что уже рассказал. Ситуация мне не нравилась. На мои вопросы инквизитор отвечать отказался, заявив только, что все наши живы и здоровы. И добавив, что они уже всё-всё рассказали. Ну, раз рассказали, то какие ко мне вопросы? Я хотел сначала закончить тот наш разговор, прерванный на самом интересном месте дикими, а потом уже решать, что и как говорить вот таким вот дознавателям. Мне оставалось только надеяться, что Крыло и Игла решили точно так же и наши рассказы хоть немного совпадут. При этом мне было проще всех — я просто кивал на свою недавнюю амнезию и потерю сознания в последнем бою. Было? Было! Вон, только-только в себя пришёл. А что я там видел, слышал или ощущал, проверить невозможно. Галлюцинации — это мой личный кинотеатр и я был его единственным зрителем. Тем более, ситуация, вроде, не слишком криминальная. Дикие — не вип персоны, если мы там кого и покалечили — не страшно, Крыло говорил, что местные родовитые с ними в контрах и пытаются давить, как крыс. Да и факт нападения на нас, как и попытки убийства, неоспорим.
— Как удобно, — улыбнулся одними губами дознаватель, — чуть что, сразу в обморок. Как кисейная барышня! Кем планируешь идти служить после школы? Кому ты будешь нужен, вечно падающий в обмороки?
— Надеюсь восстановиться от травм, — я показал шрамы на лице и груди, — полноценным бойцом. Пока ещё не восстановился.
— Парень, ты не понимаешь? — понизил голос инквизитор, пристально рассматривая меня чуть сузившимися глазами, — если я напишу в отчёте, что ты склонен к обморокам, тебя больше чем разгребать завалы никто не возьмёт! Это самое дно, парень. Жалкое будущее. Тебя даже на завод руками работать не возьмут. Ты этого хочешь? А ведь мозги у тебя есть. Ты далеко не дурак, я читал твоё дело. В твоей ситуации — ты идёшь по верному пути. Инквизиции нужны такие, умные, ребята. Но ты должен доказать мне, что ты действительно умён.
От сказанного дознавателем у меня холодные мурашки пробежали по спине. Вот оно значит как. Кнут и пряник. Дно или тёплое место в инквизиции. Хочу ли я испортить себе будущее? Это ведь тоже способ «вжиться в мир». Не стоять на баррикадах, грудью встречая монстров вторжения, раз в год, но с огромным шансом сдохнуть. Чем не шанс?
Естественно, я не хочу портить себе будущее. Как, не сомневаюсь, не хотят его портить и остальные. Что перевесит в них? И как быть мне?
Шёпот на грани слышимости откликнулся на мою растерянность. Я кристально чётко ощутил вопросительные интонации своей магии, некоторую брезгливость, при взгляде на инквизитора. Совершенно естественная мысль: «Убить», мелькнула молнией и растворилась в сознании. «Убить. Бесполезен. Чужд». Магия брезговала сидящим напротив мужчиной, сверлящим меня острым взглядом, и ждущим моего ответа.
Стоило больших трудов удержать лицо и зажать магию в охапку. Настолько реальным было это «Убить». Даже не предложение. Факт. Инквизитор будет убит. Вот сейчас. Толку от него никакого. Бесполезен.
Отодвинув своевольную магию в сторону, я судорожно размышлял над другим.
Кнут или пряник? Что выбрать?
Насколько будет подозрителен учащийся мясной школы, продолжающий упорствовать после такой угрозы? Бывает ли так, что тут выбирают кнут?