— Мне больше нравилось то время, когда ты бегала за мной хвостиком и восхищённо в рот заглядывала.
— Это было давно, — пожала плечами Аня, сбавив тон. Её всегда смущали напоминания о том времени. Первые недели, когда её только-только удочерили, она действительно чуть ли не боготворила Олега. — Слушай, поспеши уже на наш этаж, пока родители не пришли.
— Поверь, именно туда я и направляюсь, — ответил Олег. — Хотя, я надеялся, что они уже вернулись и спят.
Аня с коротким вздохом приблизилась к нему и стала помогать вывернуться из грязного пальто. Нет, серьёзно, где он только умудрился так извозиться?
Но не успела Аня как следует обдумать варианты, как вдруг Олег навалился на неё и прислонился лбом к плечу. Аня моментально ощутила запах выпивки, сигарет и жар. Олег был горячим, пугающе горячим, неужели у него температура? По крайней мере, это объяснило бы его поведение. Хотя бы отчасти.
— Не отталкивай меня, — сказал Олег. — Давай вот так немного постоим.
А вот это точно что-то новенькое.
— Кто ты, и что сделал с Олегом? — беспомощно спросила Аня.
Олег лишь рассмеялся.
Глава 2
Чем дальше, тем хуже всё становилось.
Первое время Олегу казалось, что он сможет справиться с этими чувствами, ведь они не могли быть настоящими. Чёрт, они ведь росли под одной крышей больше пяти лет! То есть, конечно, не совсем пять лет — для точного счёта следовало вычесть те полтора года, когда отец сплавил Олега учиться за границу из-за того, что он случайно поджёг особняк на одной из вечеринок.
Как бы то ни было, это не влечение, а какое-то нелепое наваждение. Дурацкий всплеск гормонов, не более того.
Олег прекрасно помнил, как мелкая впервые оказалась в особняке Рукавицыных. Родители заранее предупредили о том, что вскоре в семье появится ещё один ребёнок. А ещё — о том, что Олегу непременно достанется, если он станет задирать эту самую Аню Морозову.
— Будь помягче с ней, — попросила мать. — У неё никого не осталось.
— Зачем вам ещё один ребенок, если вы и за мной-то уследить не можете? — огрызнулся Олег.
Он был уверен, что ни за что не примет девчонку, какой бы она там ни оказалась. Более того, он возненавидел её, лишь услышав имя: всего за пару месяцев родители произносили её имя чаще, чем имя самого Олега за все годы его короткой дурацкой жизни.
А потом что-то пошло не так. Когда в особняке, наконец, появилась та самая Аня Морозова — ужасно тощая и перепуганная девчонка с глазищами на пол-лица — ненавидеть её и дальше просто не получилось. Слишком много в ней было искренности, открытости и жизни. А то, как Аня неподдельно восхищалась Олегом, и вовсе льстило.
Может, всё решилось ещё тогда, просто Олег этого не осознал?
Олег старательно отгонял эти вероломные мысли, но они неизменно возвращались. Ничто не помогало, а в особенности — тот факт, что Аня выросла, стала намного увереннее в себе и научилась укладывать волосы каким-то особенным образом, таким, что оторвать взгляд от них было невозможно.
На неё наверняка засматривались какие-нибудь мальчишки в школе. Пусть она никогда не болтала дома о парнях, наверняка её приглашали на свидания. Она, наверное, уже с кем-то целовалась…
Одна лишь мысль об этом вызвала приступ тихой ярости. Раньше с ним такого не было, он никогда не ревновал тех, с кем хотел разделить постель. И вообще, обычно он охладевал так же быстро, как и увлекался. Но с Аней всё было иначе. Она всегда путала все карты — с того самого дня, как появилась в жизни Олега.
ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ
Калинка была чертовски проницательной, поэтому заметила всё первой. И если бы она высказала всё, что об этом думает, напрямую, Олег ещё как-нибудь бы справился. Но нет, она лишь понимающе поглядывала на него и улыбалась. С таким, мать его, сочувствием, что Олегу снесло крышу. Не нужно сочувствовать таким, как он.
Сыч, совсем не вовремя подошедший, ни черта не понял, но на всякий случай тоже решил поорать. Он руководствовался простой логикой: если двое спорят, и один из них Рукавицын, то виноват Рукавицын. Самое обидное, что не так уж он и ошибался.
Решение казалось простым и надежным: держать дистанцию. Как там говорят, с глаз долой — из сердца вон? Вот только Аня, как оказалось, с таким решением не согласна. Конечно, Олег понимал, что игры в прятки не могут продолжаться бесконечно. Теперь, с тоской глядя на торжествующую Аню, подкараулившую его у запасного выхода в особняке, Олег отчего-то остро ощутил: это начало конца. Вскоре Аня выяснит, в чем дело. Что тогда она будет делать? С каким, должно быть, отвращением она начнёт смотреть на того, кем так восхищалась в подростковые годы?