- Пробуждайтесь, Старшой в себя пришёл, Вас требует.
Виктор вошёл в светлую горенку. Старшой сидел на кровати, обложенный подушками. Лицо было бледным, но глаза улыбались, глядя на своего спасителя.
- Заходи, брат! Признателен тебе за спасение. Теперь должник твой.
- О каких долгах речь, когда вопрос стоит о спасении жизни! Главное, выздоравливайте.
- Ты из интеллигентов, что ли? - спросил Старшой, пристально глядя на Виктора- как попал в бендюжку?
Виктор, не торопясь, рассказал свою историю. Старшой слушал внимательно, не перебивая. Дослушав рассказ до конца, негромко позвал:
- Аннушка!
В дверном проёме показалась знакомая уже женщина.
- Что, Тимоша?
- Кликни Шустрого.
Немного погодя в горенку вошёл небольшого роста паренёк, улыбчивый и смышлёный на вид.
- Шустрик, знаешь имение Калугиных?
- Так кто его не знает? Заметное…
- Смотайся туда и разузнай всё об их семействе. Любая мелочь важна будет.
- Бу сде!-весело произнёс Шустрик, и будто растаял в дверном проёме.
- А пока отдыхай. Ребята принесут тебе приличные шмотки, Аннушка баньку спроворит. А там порешаем. - обратился он к Виктору, и устало прикрыв глаза, погрузился в сон.
ГЛАВА 9
Маша жила ожиданием. Получив от Саньки пространное письмо, где он подробно описывал, как обстоят его дела, расстроилась. День их встречи отодвигается минимум на полгода. Восстановление документов, оформление опекунства над Григорием, переезд семьи в Германию. Приезд в Питер маменьки и братьев Санька решил отложить до лучших времён. Страну лихорадило, и из неё нужно было уезжать, а не забираться в самое сердце революции. Санька предложил Маше и Прохору приехать к нему, а потом вместе вернуться в Питер. Но тут дружно воспротивились оба! Тётушка сочла эту поездку неприличной. Прохор же никак не мог простить себе преступную оплошность, бурчал:
- Не гоже без венчания! Одного греха мало вам, нужно кучу на себя навешать!
Маша же за эту оплошность была Прохору благодарна. Счастье, лёгкое, какое- то искристое, разбудило в ней все восторженные и ликующие нотки, воспевающие любовь! Оно сфокусировалось в одном имени, самом родном и любимом- Санька!!!
Уже три месяца минуло с последней их встречи. Маша старалась без дела не сидеть. Каждое утро, вместе с тётушкой, отправлялись они в госпиталь, где ухаживали за раненными. Маша не сторонилась даже самой грязной работы, понимая, что там, на передовой, люди не во фраках воюют, и лишения терпят несравнимые с её трудом. Там они свои жизни кладут за Отечество! Поэтому здесь, в тылу, Маша несла свою службу безропотно, даже с гордостью. Одно омрачало: стало подводить здоровье. То вдруг голова закружится, то слабость во всём теле, то эта противная, тягучая тошнота прицепилась. Машенька долго крепилась, не рассказывала тётушке, в надежде, что пройдёт само. Но становилось всё хуже, и Маша, не выдержав, призналась ей за вечерним чаем.
Валентина Петровна чаем поперхнулась. Медленно сняла с носа очки, пару минут просто глядела. Молча.
Маше под её взглядом стало как-то неуютно. Она с опаской спросила:
- Тётушка, что так смотрите?
- И давно это у тебя?
- Да уж месяца три, как терплю.
- В ноябре перестанет. Это я тебе обещаю!
- Так долго- попыталась возмутиться Машенька, но тётушка её спокойно перебила
- Если в срок родишь.
У Маши выпала из рук чашка. Прогромыхав по полу, затихла, не разбившись.
- Родишь? Вы, тётушка, о чём?
- Да всё о том. Ты на сносях уже три месяца. Через шесть родишь- она говорила, и сама удивлялась своему спокойствию. Как будто известия такой важности она получала регулярно! Маша замерла на месте. Она глядела на Валентину глазами, в которых перемешались и страх, и радость, и решимость! Решимость защитить своего малыша от всех невзгод и напастей. Мгновенно, сразу, сработало материнское чувство.
Валентине Петровне стало жаль племянницу. Подойдя к ней, обняла и прошептала:
- Ну, Машенька, что испугалась? Родишь зимой своему Саньке наследника! Нам радость великую в дом принесёшь! Это же здорово!
- Правда, Тётенька?
- Конечно! - и тут же тон её с лирического поменялся на деловой: - - Госпиталь категорически отменяется, прогулки на свежем воздухе два раза в день. Прослежу! Витамины непременно каждый день. Не расстраиваться, слушать красивую музыку, смотреть на красивые вещи!
- А Прохор? - с опаской спросила Маша. Его-то она боялась больше всех!
- С ним сама поговорю. Укрощать придётся. Но ты не бойся, его мы победим! Я вместе с тобой с нетерпением жду нашего малыша и никому в обиду его не дам!
Тётушка успокоила Машу. Известие, которое изначально испугало и озадачило её, теперь приобретало иной смысл. Чувство светлой радости смешалось с гордостью и любовью.