Санька последний день отрабатывал в банке. Ближе к обеду, к нему обратился импозантный мужчина преклонного возраста и попросил, как он выразился, аудиенцию.
- Я через пол часа буду ждать Вас на лавочке, что в сквере, напротив Вашего учреждения. Разговор сугубо конфиденциальный, и нам не нужны лишние уши.
Санька согласился, в душе недоумевая, зачем понадобился он этому старому еврею.
Ровно в назначенный срок, подойдя к скверу, Санька увидел знакомого гражданина, который сидел на лавке, держа в руках дорогую трость с золочёным набалдашником. Обернувшись на шаги, приветливо улыбнулся.
- Уважаю точных людей! Минута в минуту!
Санька сел рядом с говорившим и вопросительно на него посмотрел:
- Чем могу быть полезен?
- Вот именно, можете быть полезны. Я хотел бы расспросить Вас, о ныне покойном, дружке вашем, Кадиле. Надеюсь, не забыли его?
- Друзей не забывают. – коротко ответил Санька.
- Я именно так о Вас и подумал.
Санька прервал его витиеватую речь, сказав:
- Мне совершенно всё равно, что Вы обо мне думаете. Ближе к делу.
- Отлично. – мужчина, улыбнувшись, продолжил. – В тот день, когда Ваш друг был убит, были ранены и Вы. При нём нашли саквояж с золотом.
Санька неопределённо пожал плечами.
- Так вот. Дело в том, что мусора замели только половину. А вот где вторая, осталось под вопросом.
- Вы хотите этот вопрос задать мне? – Санька напрягся, но виду не подал, что встревожен.
- Хотелось бы услышать ответ именно от Вас.
- Послушайте, я не буду оправдываться, пытаться вам что-либо доказать.
- Напрасно. – так же приветливо, не меняя тона, вставил реплику визави.
- Надеюсь, Вам известно, что меня оттуда увезли в крайне тяжёлом состоянии. Золота я там не видел. В свои дела, меня, Кадило не посвящал. Мы были просто друзья. За сим, позвольте откланяться.
- Так я не против. До встречи, любезный.
Санёк ничего не ответив говорящему, пошел по алее сквера, по направлению к банку.
До конца дня этот разговор не оставлял Саньку ни на минуту.
Придя домой, позвал Прохора на перекур, чем очень его удивил.
Пересказав разговор с гражданином, с интересом поглядел на Прохора. Тот стоял, задумавшись.
- Кто ещё знал об этой операции?
- Двое его помощников.
- Кто такие? – Прохор задавал вопросы коротко, словно на допросе
- Я их не знаю. Даже не видел. Виктор запретил мне участвовать в этом деле. Скажу только, что мужики эти, как только был вырыт подкоп, сели обмывать окончание работ и отравились. Кадило принёс две четверти самогона. Толи ребята меры не знали, толи Кадило так концы спрятал.
- Занятненько… И почему это они очнулись только сейчас? Тут, Санька, нужно крепко всё обмозговать. Ну, ладно, пойдём, ужин стынет. Об этом потом будем думать. Сейчас нас малыши заждались.
А малышам было не до них. Баба Глаша заменила всех нянек в доме. И на ногах качает, и песни деревенские им поёт во всю глотку, и пляшет, и мычит, и кукарекает! Причём, делает она это так задорно, что смешно становилось и взрослым. Словом, вместе с бабой Глашей в дом приехал цирк. Вместе с конями, клоунами, фокусниками, и все в одном лице. Не думалось ей, что мечта о внуках может осуществиться. Пусть не родные, но свои, с мальства воспитанные ею.
ГЛАВА 25.
На очередном перекуре, Прохор решил посоветоваться с Санькой.
- Присаживайтесь на подоконник, – дурачась, предложил он ему.
-Заботу проявляете о молодом поколении, товарищ начальник?!
- Положение обязывает! – отшутился Прохор и уже серьёзно произнёс:
- Думается мне, Санька, что информация о золотишке от нас просочилась.
- В смысле, от нас?
- Из нашего отделения.
- Почему так решил?
- А потому, Санёк, что случилось это в марте. Обговорили это дело в кабинете у Палыча, вскользь, ровно пятью словами. Да и в кабинете тогда присутствовали только трое: Иван, Антохин и Осип. Ну и мы с Палычем. В общей сложности - пятеро. Тишина. Никто ни сном, ни духом.
Дело поручили мне. Я его пока придержал. Понятно, что Виктора подставлять под удар нельзя. Подготавливал почву, как ловчее его закрыть. А неделю назад, на расширенном заседании, где была уйма народищу, Палыч у меня спросил:
- Как обстоят дела с похищенным золотом из института? -
- Пока в разработке. – я ответил. Ничего больше, ни слова. А там знают полный расклад. Почти пять месяцев прошло после первого разговора в кабинете Никаких движений, всё тихо. А через неделю после этого заседания, уже гонцы.
- Похоже, кто-то сливает. И этот кто-то, вхож в ваши с Палычем кабинеты. Как могли прочитал дело? Значит- свой кто-то постарался. - Санька поглядел на задумавшегося Прохора и проговорил: