Кандидатура Осипа не прошла даже на место Прохора. Начальником Отдела по Особоважным делам назначили Смирнова Александра Тихонов! Ну это и понятно. Пока Светлана Кирилловна у руля, как бы бедному Осипу в постовых не оказаться. Если успеет.
На вечернем перекуре Прохор с Санькой обсуждали, как же правильно всё устроить с Осипом
- Я весь день ломаю голову, как с ним поступить, по совести. – начал первым разговор Прохор.
Санька удивлённо поглядел на него.
- С кем ты собрался, по совести, поступать? Он, ради кресла заветного, не задумываясь, человека на верную смерть отправил. Если понадобится, и нас с тобой туда законопатит. И даже если отправим его вслед за Палычем, он нас за собой потащит. От того, что душонка подленькая, мелкая. У нас один выход: проводить его, с почестями, к праотцам!
- Не ожидал я, что ты сможешь на такое решиться – удивлённо произнёс Прохор.
- Я, Прохор, столько жестокости в этой жизни видел, что эта выглядит невинно. Во спасение сразу восьми человек, две семьи. Твоя и моя. И ради них сделаем всё красиво. Похороним с почестями, и отнесём в последний путь вот на этих плечах. - и он выразительно хлопнул себя по плечу.
Прохор глядел на Саньку и думал:
« А ведь он прав1 Он нас не пожалеет. С удовольствием отправит вслед за Палычем.»
А вслух спросил:
- Соображения есть, как устранять будем?
Санька ответил тоном, не терпящим возражений:
- Пусть у тебя за это голова не болит. Занимайся делом, осваивай новую должность.
Прохор посмотрел долгим взглядом на Саньку.
- Ты, Санёк, оберегаешь меня, как кисейную барышню! В двадцатом крысу выявил один, сейчас тоже решаешь сам.
- Зачем тебе в этом дерьме копаться? – ответил Санька – занимайся делом. Не переживай, отработаю чисто и быстро.
Слово своё Санька сдержал: на третий день после их разговора, Осипа нашли со свёрнутыми шейными позвонками, в тёмной парадной, недалеко от его дома.
Хоронили с почестями, с траурными речами у гроба, и оркестром, торжественно проводившим пламенного борца за мировую революцию, в вечность.
На кладбище, с коротким визитом, приезжало городское начальство, в лице заместителя председателя Горисполкома, Вербиной Светланы Кирилловны. Она, на несколько минут задержавшись у гроба, коротко кивнула на прощание Прохору, с силой захлопнув дверцу новенькой Победы, умчалась прочь.
ГЛАВА26.
- Похоже, спокойная жизнь закончилась – подумалось Виктору, когда он поднимался по мраморной лестнице Тобольского Наркомата внутренних дел. – Зачем так неожиданно понадобился майору госбезопасности Гришуку?
В народе сложилась примета: дорога в кабинет к Гришуку, как правило, в один конец.
Гришук встретил его вежливо. По-свойски подвинул стул поближе к столу, предложил присесть. Внимательно оглядев Виктора, грубо спросил:
- Ну, сразу на чистоту признаешься, или будешь Ваньку валять?
- В чём я должен признаться?
- Правильно мыслишь: должен! - И положил на стол исписанный мелким почерком листок, внизу которого стояла корявая подпись, поставленная, явно, не твёрдой рукой, оставив на углу листа оттиск тёмно- бурого цвета.
«Похоже, выколачивали признание.» - подумал Виктор. Он взял в руки листок, стал медленно читать, лихорадочно соображая, что дальше делать. Старшого сюда впутывать не стоит. Майор ему, пока не по зубам. В горячке наделает дел, потом не разгрести. А оставлять семью без его опеки Виктор не рискнул. Прекрасно понимая, что его показания ничего не значат, судьба уже решена, сопротивляться, значит тратить время. А его нет. «Я пойду другим путём!» - словно шахматист, продумывал многоходовку, которая должна была повернуть судьбу в правильное русло.
Внимательно прочитал чужие показания, попросил ручку и листок бумаги. Майор с готовностью всё предоставил.
Но Виктор, пристально поглядев на него, усмехнулся и сказал:
- Неужели, думаешь, что я просто так, взял и признался?
- Что хочешь?
- Хочу совсем немного. Но нет уверенности, что выполнишь.
- Смотря как заинтересуешь. – ответил Гришук, алчно глядя на безымянный палец Виктора. На нём, поблёскивая алмазными гранями, красовался золотой перстень с увесистым брильянтом посередине. Его подарил Виктору Володя на юбилей.
Гришук не сводил с кольца глаз, прекрасно понимая, что на пальце у подследственного целое состояние!
Виктор снял перстень, задержал в руке.
- Семью мою не тронете. А ещё такой же, только женский после того, как окажусь в Озёрном.