Ты еще кто?
Эва шарит рукой по кровати в поисках телефона, надеясь отключить этот чертов будильник — безуспешно. Приходится разлепить один глаз — совсем темно еще, кто придумал эти ранние вылеты?! Дотянувшись, наконец, до источника раздражения, отрубает сигнал и удобнее устраивается на подушке — ей нужно еще пару минут сна. — Эва, милая, вставай. — слышится голос матери. Может, если лежать совсем тихо, она забудет про нее и улетит одна?.. — Эва, просыпайся, мы опоздаем на самолет! — Я встаю, мам! — ответила в подушку. Еще пять минут — подумала про себя. ... — Эвтида! Ворча, она кое-как отрывает себя от кровати и, не открывая глаз, направляется в ванную. Пара шагов, и сон как рукой сняло — нога встретилась с заботливо оставленным посреди комнаты чемоданом. — Черт! Чтоб тебя..
Захотелось пнуть его еще раз, да благо мозг оказался быстрее характера. Ругаясь под нос, дошла до ванны, быстро приняла душ и остановилась возле зеркала. — Радуемся новому дню! — натянув улыбку до ушей, проговорила во весь голос. Увы, не сработало — улыбка быстро сползла, глаза закатились в недовольстве жизнью и собой. Запрыгнув в легкий сарафан бирюзового цвета, Эва сложила пижаму в чемодан, окинула взглядом комнату и, взяв заранее приготовленные вещи, вышла за дверь. — Я боялась, что ты не поднимешься. — мама, тепло улыбнувшись, обняла ее. — Доброе утро. — Доброе, да. — пробурчала, отвечая на объятия. Эрин знала характер своей маленькой ворчуньи, потому не обижалась. Ее и так с утра лучше не трогать, а сегодня уж тем более. — Ну что, перекусим и поехали? Готова? — спросила с наигранной бодростью. В ответ Эва лишь пожала плечами и молча направилась к столу. Ей не хотелось разговаривать, не хотелось изображать радость, и уезжать не хотелось. Не хотелось прощаться с домом, хотя это и не их дом вовсе — свой они продали 8 месяцев назад, а теперь снимали эту маленькую квартирку. Бизнес родителей прогорел в период пандемии, а долги остались. Отец пустился во все тяжкие и тормозить не планировал, все заботы свалились на маму. Она старалась исправить хоть что-то, но не смогла. Эрин — обычная женщина. Добрая, мягкая. Нет в ней деловой хватки. Груз, обрушившийся на ее плечи, оказался непосильным. Дом пришлось продать, почти все деньги ушли на выплату долгов от бизнеса и тех, что напоследок заботливо подкинул отец. Им удалось сохранить небольшую сумму, которой едва хватит на оплату одного учебного года в колледже. Что делать после.. об этом они пытались не думать. Эвтида старалась помочь матери, после школы отправлялась на работу в кафе. Деньги небольшие, но собственные расходы она покрывала. Отказалась от всего «лишнего», а по сути — от всего, что выходило за рамки базовых потребностей. Эрин с горькой улыбкой смотрела на свою резко повзрослевшую дочь. С одной стороны, ее сердце полнилось счастьем — разве не мечтает всякая мать увидеть плоды своего воспитания? С другой же, невыносимо было осознание, что так быть не должно, не сейчас. Ей хотелось, чтобы у ее малышки была беззаботная юность, вечера с подругами, наряды, первая влюбленность. Все происходящее — это ведь не ее вина, не ее ответственность. Эрин не справилась, оказалась не готова к трудностям. Несостоятельна как женщина, как личность, как мать. Наверняка Эвтида в ней разочарована — так она думала. Завтрак проходил в тишине, обе были глубоко в своих мыслях. Закончив, убрали со стола, погасили свет и направились к выходу. Два чемодана, две сумки и рюкзак вмещали целую жизнь маленькой семьи. Да, пожалуй, здесь и жалеть не о чем. Последний раз оглянувшись, закрыли дверь в прошлое. Такси уже ждало внизу. Водитель помог погрузить багаж и по пустым еще улицам они быстро добрались до аэропорта. Два часа полета отделяли от новой жизни. Интересно, какой она будет? Глядя в небесную синь, Эва пыталась представить, что теперь их ждет. Они остались с мамой вдвоем, им неоткуда было ждать помощи. Из родственников была лишь Лилиан — старшая сестра матери, которую Эва ни разу в жизни не видела. Они не общались много лет из-за ссоры, что произошла между ними, когда сестры были немногим старше Эвы сейчас. О подробностях Эрин никогда не рассказывала, но отчего-то казалось, что там замешан мужчина. Лишь несколько лет назад, когда умерла бабушка, с которой Эвтида тоже никогда не встречалась, Эрин и Лилиан увиделись на похоронах. Сама она туда не поехала, да и зачем? Все, что оставила женщина после себя в воспоминаниях внучки — три звонка в год: на рождество, на день рождения Эрин и на день рождения Эвы. Клишированные поздравления, дежурные вопросы вроде «Как дела?», такие же дежурные ответы. Они были чужими людьми. Судя по рассказам, бабушка всегда была такой. Ее не сильно волновали и собственные дети. Ее муж погиб в автокатастрофе, после чего женщину занимало лишь то, как устроить личную жизнь. Когда это наконец удалось, она оставила дочерей, что еще учились в школе, и уехала в дом нового мужа, а им лишь отправляла деньги — и на том спасибо. С Лилиан они начали созваниваться так же — на рождество и день рождения, а с прошлого года еще и на день благодарения. Эва наблюдала, как теплели их разговоры; теплело и лицо матери, хоть раньше и слышать не хотела о сестре. Один такой звонок изменил их жизнь. Три недели назад Лилиан позвонила по видеосвязи. Последнее, что она знала о сестре — счастливая семья, бизнес, небольшой уютный дом. Однако на экране она увидела совсем не то, что ожидала, да и лицо Эрин, серое и поникшее, побудило задавать довольно прямые вопросы. — Эрин.. Что случилось? Ради бога, не говори, что все в порядке, я не слепая! Просто расскажи мне все, я в конце концов твоя сестра! — в ее словах звучала печаль, даже тревога. Обычно мама говорила, что все в норме, что она просто устала, простудилась, потому и голос кажется замученным. Но сейчас уже не было сил скрывать очевидное. Роняя слезы, поведала все, что случилось в ее жизни за последние годы. Несколько часов Эва слушала, сидя на кровати, как плачут женщины, и сама тихо плакала, подтянув колени к подбородку. На следующее утро Лилиан позвонила снова. Сказала, что уже готовит для них комнаты в своем доме и не желает слышать отказа. Пообещала помочь найти достойную работу для Эрин, а племянницу устроить в хорошую школу на остаток года и решить вопрос с колледжем после. Все старые обиды меркнут перед болью родного человека, если и встало что-то между сестрами прежде, теперь от этого не осталось и следа. Но принять такой бескорыстный поступок Эве было нелегко. С чего бы вдруг фактически постороннему человеку тянуть их из болота? Тетя не одинока, у нее есть муж и взрослый сын. Зачем им этот балласт в виде двух бедных родственниц? Как вести себя с ними, вечно голову опускать? Вспыхивала от таких мыслей и на весь мир злилась. Завязнув в размышлениях и не заметила, как пошли на посадку. Волнительно стало аж до испарины, вот-вот придется встретиться с неизвестностью. Эрин с печальной улыбкой сжала руку дочери в ободряющем жесте — видела, как у той эмоции на лице сменялись весь полет. Но все к лучшему, это ей точно известно. Увидев тетю в аэропорту, Эва сразу узнала ее. Они с мамой похожи, хотя и выглядит она несравнимо свежее младшей сестры. Элегантная, статная, какая-то.. светящаяся что ли. Неужели действительно рада им? Странно, но от нее не чувствовалось фальши, и в ее осанке, взгляде — не было напускного. Лилиан шагнула им навстречу, потянулась с объятиями к племяннице, которую прежде видела лишь на фото. — Эва.. ох, Эва, я поверить не могу, что мы наконец встретились! Боже, я словно смотрю на себя 20 лет назад.. — Характером она тоже в тебя, кстати. — сказала мама, приближаясь. Оказавшись в руках друг друга, сестры больше не сдерживали слез. Такая искренняя сцена, что немного смущала, словно не для чужих глаз эти эмоции. Вытирая мокрые лица, двинулись к выходу. До новой жизни оставалась одна поездка на машине. А может, она уже началась? Эва давно не видела маму такой. Рядом с Лилиан она вновь смотрела открытым взглядом, будто сбросив все, что так давило на сердце. Оттого острее было любопытство — что же послужило причиной их разлада в прошлом? Рано или поздно, она все выведает. Не прошло и часа, как они подъехали к дому. Пройдя за ворота, Эва приоткрыла рот в удивлении. Она знала, что семья тети обеспечена выше среднего, и представляла себе какой-нибудь типичный унылый особняк с колоннами и непременно пошлым фонтаном посреди двора. Что ж, фонтан здесь действительно был — каскадная конструкция из темного камня гармонично вписывалась в живой сад, словно была его неотъемлемой частью. Дом же был будто из ее мечты: черный фасад с плоской крышей, отделка фигурным металлом, свет по периметру — не иначе архитектор собрал все ее сохраненки с пинтерест и сотворил этот шедевр! — Как тебе вид? — Это.. это невероятно! Я именно так представляла свой идеальный дом, здесь все.. — Эва осеклась на полуслове. Свой дом. Он не ее, и не стоит забывать об этом. От внезапных мыслей стало горько во рту. Перемена настроения сразу отразилась на лице, и , кажется, Лилиан понимала, какие мысли стояли за этим. Взяв племянницу под руку, она сказала: — Я с каждой минутой все сильнее убеждаюсь в нашей схожести, знаешь. Мой муж был в ужасе от проекта, когда я его показала! Он хотел типичный «богатый дом из восьмидесятых», такой, представь, с колоннами. — она карт