— А я не верила Кире, когда он сказал, что бескорыстных людей нет, — хмыкнула, бросив печальный взгляд на князя. Бывшего князя, — его тоже предали. Друг. Ради бессмертия.
Не став ждать ответа, я развернулась и пошла домой, все ещё чувствуя запах от костра и зияющую в душе пустоту. Я люблю его. Но больше никогда с ним не увижусь. Ни-ко-гда.
Так думала я, выходя из его особняка.
Глава 20
Спустя несколько месяцев...
Роскошный зал роскошного ресторана на Арбате. Самого дорогого и от того одного из самых популярных в Москве. Внутри было все по-прежнему, абсолютно ничего не изменилось с царских времен, и даже революция не тронула и йоту этого места. Интересный факт, что, спустя некоторое время после событий октября 17-го и установления социализма, этот ресторан оказался излюбленным местом партийных работников.
Сегодня же там праздновали юбилей Григория Гладкова, на который я была приглашена, как невеста. Да-да, именно он, тот самый, что 10 лет назад предлагал мне выйти за него замуж за инвестиции в мой коммерческий банк. Почему я на это решилась? Я пыталась забыть и жить дальше. Искренне желала попытать еще раз счастья. А, без моей инициативы ничего не будет!
Григорий мало постарел за эти десять лет, я бы даже сказала, что он стал лишь лучше и интереснее. Красивее? Это врятли. Но вот ума явно прибавилось! Возникшая к нему симпатия была крайне неожиданной, но приятной вещью, которую я приняла, как данность. Сев еще раз и обсудив все за чашкой чая, мы решили, что, наверное, стоит пересмотреть наши отношения и попытаться. Мне было нужно его тело, которым я хотела заменить иное, более... Мертвое, а ему были нужны мои связи и моя красота, которую можно было демонстрировать остальным. На том и сошлись.
Как только я "отпустила" Огинского, постаралась забыть о нем и о его существовании, мне стало намного легче жить. На сердце, естественно, осела горечь, которая то и дело поднималась вверх, заставляя меня часами смотреть на свой сад и на розы в частности, но... Боли не было. Она ушла. Просто была и вот! ее нет. Так же, как и Веня... Вот он был, а теперь его нет... Мне удалось выкинуть его из своей жизни.
Так я думала до того вечера.
Выйдя из дорогой машины бизнес-класса, к которым Григорий питал просто огромную слабость, я оправила свое прямое белое перламутровое платье в пол на бретелях, с небольшим вырезом на лифе, открытой спиной и огромным разрезом до бедра по ноге, поудобнее перехватила меховое боа и, сверкая белоснежной улыбкой, взяла под руку будущего мужа. С превеликим удовольсвтием он, подставив мне свой локоть, двинулся в сторону арендованного на вечер ресторана первого класса, внутри которого уже находились многочисленные партнеры, коллеги и друзья Гладкова, с половиной из которых я была знакома лично.
Внутри, за столами, накрытыми белоснежными скатертями, сидел, если не весь, то добрая половина московского бомонда. Мой взгляд равнодушно заскользил по ним, лишь изредка цепляя знакомых и представителей "иных видов", которым я, в знак приветствия, медленно моргала, а они в ответ. На губах застыла стандартная деловая улыбка, которая уже давно стала частью меня, которая сразу исчезла, стоило заметить среди гостей его. Он вновь сидел за третьим столиком от стены и безотрывно смотрел сначала на меня, а потом мне в глаза, улыбаясь и усмехаясь одновременно. Впрочем, стоило ему бросить взгляд на моего спутника, как улыбка меркла. Мое же лицо, с трудом, но приняло беспристрастное выражение.
Он смотрел на меня весь вечер, на сводя глаз и заметно нервируя. Во время кучи поздравлений и приветствий, во время общения... Я каждую секунду чувствовала пристальный, недовольный, обжигающий взгляд вампира, который даже и не пытался его скрыть, бередя мои старые, только что покрывшиеся коростой, раны. Назло ему я улыбалась, двигалась, согласилась станцевать вальс с Гладковым, идеально выполняла каждое движение, погрузилась в этот момент близости с женихом, но вновь понимала, что все не то! Совсем недавнее чувство неудовольствия и поиска того, что пропало стони лет назад снова разъедало мою душу.
Я хотела танцевать с ним. Быть в его объятиях. Чувствовать его руки!
Это... Мерзко...
— Милый, я отойду, ненадолго, — улыбнулась я, посмотрев на Гладкова, — ладно?
— Да, конечно, — быстро кивнул он и продолжил обсуждение размера амортизационных отчислений со своим партнером по бизнесу. Я же, опрокинув в себя бокал шампанского, вышла в туалет.