— О Катю-юш…
Звучание знакомого голоса тут же отозвалось покалыванием во всем теле. Уже зная, кто стоит за моей спиной, обернулась. Калинин подошел ко мне вплотную, совершенно неожиданно приобняв.
— А я те-ебя совсем не жда-ал, — произнес на распев, едва ворочая языком. Он был пьян в доску, в драбадан и щепки.
— Да я как бы тебя тоже, — сглотнув, попыталась взять себя в руки и сбросить дурман нахлынувших эмоций от его прикосновений. — Ром, у тебя все нормально?
— О-о, у меня все за-ме-ча-те-ль-но, — выдал он покачнувшись, отчего мне пришлось сильнее упереться в стойку, чтобы выдержать вес его тела, внезапно почти навалившегося на меня. — Командир, коньячку организуй, — бросил бармену.
— Ты один тут?
— Не-ет, с мужиками гуляем, — он окинул блуждающим взглядом зал и мне показалось, что он уже вообще не понимает сам, где он и с кем он, — тут, в общем, где-то мальчишник у меня.
— Поздравляю!
— Спа-асибо…
Он влил в себя еще одну рюмку коньяка, лишь со второго раза забросив в рот дольку лимона, с первого не попал, и прижался ко мне еще теснее, путая мои мысли и запуская привычный рядом с ним хаос в моей душе.
— Все, совсем скоро я буду связа-анный по рукам и ногам человек… А Милка, она ведь хо-орошая…. А мама у нее мегера… там совсем… тесть мужик мировой… Кать, ты вот такая красивая сегодня…. А чего это мы тут торчим? Пошли к нам, у нас там диваны, там удобней, — и он потянул меня к диванным островкам, что находились слева от бара. Усадив меня рядом с собой, продолжал рассказывать о семье Миланы, работе, предстоящей семейной жизни, зачем-то вспоминая школу и заброшенную им секцию айкидо, перескакивая с темы на тему. А я сидела рядом с ним, слушая его пьяную полу-исповедь, полу-бред и понимала, что сейчас замечательный момент утащить его в постель, воплотить, наконец, давние грезы, насытиться, согреться и… сорвать его свадьбу. Сладкие мысли, искушающие… смердящие подлостью.
Сглотнув вставший в горле ком сожаления и щемящей внутри душевной боли, отодвинулась, увеличив расстояние между нами, сбрасывая дымку любовного обожания, застилающую глаза. Калинину давно пора было тащить свою бухую тушку домой к невесте, а мне накатить пару рюмок текилы. «Не влезай в чужую семью» — я солидарна с тобой, папа.
— Ты очаровательна, — раздалось неожиданно, и Ромка потянулся ко мне, почти сумев прижаться губами к моим губам, отвернулась в последний момент, и сердце набатом в груди. Сжал в своих объятьях, шепча куда-то в шею, — красивая очень… очень… — судя по сопению и потяжелевшему телу почти отрубаясь на ходу.
— Рома! — я попыталась его растормошить и отодвинуть от себя. — Рома, давай я тебе такси вызову.
— Что? — полусонные и пьяные глаза смотрели на меня непонимающе.
— Такси, Ром. Тебя Мила ждет, пошли, — я повела его на выход, благо он еще каким-то чудом мог передвигать ногами. Правда, периодически сходя с орбиты в сторону, то вправо, то влево, но все же шел сам.
Оказалось, что заказанный им столик с диванами был справа от бара, ибо оттуда за нами наблюдала компания мужчин, в которой мне смутно померещился Вернер, не к ночи будь он помянут, честное слово. Вот, вообще сейчас не до него. Вытащив Калинина на улицу, привалила его к стене и вызвала такси.
— А вы куда нашего жениха увели? — следом за нами вышел молодой мужчина, тоже под хорошим градусом.
— Вашему жениху давно пора домой. Он уже еле на ногах стоит. Позвоните Милане, чтобы его встретила.
— Упс… — он похлопал по карманам джинсов, — телефон в зале, а набери с Ромкиного.
— Блин, ну хоть адрес его скажи. Я только материн знаю.
В этот момент как раз подъехала машина, и таксист наотрез отказывался везти почти уснувшего Калинина, “мол, вдруг его там никто не встретит, что с ним потом делать буду”. Пока друг-собутыльник пытался уговорить таксиста, я, ощупав карманы Ромки, выудила его телефон, отпечаток пальца из накаченного алкоголем тела и доступ к телефонной книжке был открыт.
— Ром, ты где? Я дозвониться до тебя не могу? — раздался голос белобрысой уже после второго гудка. Дежурит, что ли, или в обнимку с телефоном спит.
— Милана, это Катя Вершинина. Рома нажрался в дрова, отправляю его на такси. Встреть, а то таксист его на асфальт выгрузит у подъезда.
— Хорошо. Конечно… — она что-то еще бормотала, но я скинула вызов и, сунув таксисту довольно крупную купюру, которая превышала сумму вызова раз в пять, сообщила, что бесценный груз встретят и ему не о чем переживать. Дядечка, при виде такой суммы, молча покивал и быстренько рванул с места. Бл*ть, ступила…, надо было сразу ему денег предложить.