– Алекс, планерка! – донеслось через несколько минут.
«Зачем они меня зовут? Они прекрасно и без меня могут обойтись», – во мне прорывалось раздражение от того, что меня отвлекли. Но встала и пошла к ребятам.
Все столпились вокруг Лизы, не похожей на саму себя. Девушка была расстроена, куда пропал ее задор? Что-то случилось? Она подняла на меня глаза, а потом отвела их в сторону.
– Лиза, все собрались. Говори, что случилось? Что с тобой?
– Ребята, я очень виновата. У меня прокол, даже более. Я самонадеянная дура, которая лажанулась.
– Ого. Это что же такое произошло, чтобы ты так себя бичевала?
– Вчера ко мне обратилась Алекс.
Все посмотрели на меня, а я вспомнила. Точно, это же вчера я просила посмотреть Лизу, не следят ли за мной. Но она не позвонила, я решила, что все чепуха и выбросила из головы.
– Она попросила перепроверить кажется ли ей, что за ней по-прежнему есть слежка.
– Почему тебя? Почему нам не сказала?
Никита осуждающе глянул на меня, и я сжалась.
– Алексей Дмитриевич не поверил, сказал, что мне это показалось.
Я боялась смотреть на ребят, боялась видеть осуждение в глазах Алексея.
– И ты пошла одна, без подстраховки?
– Да. Шеф отказал, а я не могла. Я верю внутреннему голосу Алекс! – Лиза вздернула свой нос вверх.
– И?
– За ней был хвост. Я даже сфоткала его.
– Покажи.
– Не могу. Меня срисовали. Телефон отобрали и меня отключили.
Денис ахнул. Шеф хмуро:
– Подробности. Все подробности.
Если кратко, то получилось так: Лиза пошла за мной в отдалении. Сразу приметила «любопытного», который следил именно за мной. Запечатлела его для Толика, ну и нас всех. Прошла за мной квартал, а когда я села в такси, решила дальше посмотреть за парнем. Тот свернул во двор, она за ним. Растерялась, когда не увидела свой «объект». Остановилась. А тут и парень перед ней вырос, прижал ее к стене.
– Кто это меня выслеживает?
Лиза фыркнула в ответ:
– Не тебя, я за любовницей мужа хожу. Хочу поймать на горячем.
– Ну да. Считай, что я поверил. – Выхватил телефон и пролистал последние снимки. – А вот здесь я ничего так вышел.
Потом пережал ей какую-то точку около горла, и девушка отключилась. Пришла в себя: ни парня, ни телефона.
- У тебя что, телефон не запоролен?
- Запоролен. Но, я когда потеряла того, за кем следила, решила позвонить Саше, сказать, что она права. В этот момент он и вырос передо мной. А блокировка была уже снята.
– Делаааа, – протянул Денис.
– Лизанька, мы найдем его и накажем. Я тебе обещаю! – Суетился вокруг Лизы Толик.
Алексей Дмитриевич хмурился:
– Не понимаю. Не вяжется.
Я пропищала:
– Простите. Лиза, я не хотела тебя подставлять. Прости, – и убежала к себе в комнату.
Работа моя была почти закончена. Да, оставалось немного. Но, думаю, и там все в порядке. Я быстро написала заявление на увольнение. Потом набросала записку для Лизы с напоминанием про недостающие договора и акты. Еще раз попросила прощения за то, что втянула ее в неприятности и… пошла на выход.
Мне было так жаль. Мне нравились эти ребята, нравилась атмосфера, обстановка. Но… Если из-за меня … «Это твоя проблема, Санька, – сказала я себе. – Ты не имеешь права втягивать и подвергать опасности хороших людей».
На кухне ребята продолжали что-то обсуждать. Я уже не вслушивалась.
Я распрямила спину и, закрыв за собой дверь, пошла, не оглядываясь.
Куда? Не знаю.
– Саша!
– Алекс! – донеслись сзади голоса.
Глава 23
– Алекс! – первым меня догнал Никита. – Куда это ты так разогналась? Имей в виду: отныне ты одна не ходишь, пока мы не разберемся.
– Саша, – а это уже вступил шеф, – я виноват, признаю. Я не мог даже предположить, что из того агентства, ребята-то серьезные, могла просочиться инфа, что они спелись с нами. Прости. А уж то, что за тобой по-прежнему следят… Так быстро наняли других… Моя осечка. Не вели казнить. Не обижайся.
– Я не обижаюсь, честно. Просто… Лизанька из-за меня пострадала. Я не хотела. Я виноватой себя чувствую. И что делать, не знаю. Но не хочу подводить вас всех под удар. Похоже, так просто от меня не отстанут. Уж лучше я одна как-нибудь.
– Ты в нас не веришь? Или не доверяешь нам? – Переспросил Никита.
– Саша, идем, ребята ждут. И я себе не прощу, если из-за моей непредусмотрительности с тобой что-то случится. Ты же чувствуешь, что стала своей среди нас. Один в поле не воин, а вместе мы сила! Ругай меня, но не отворачивайся от ребят.