Единственное, на что мне пришлось согласиться, что будет в палате и медсестра. На всякий случай, если у Лены начнется истерика. Но я попросила, что пусть медсестра будет в начале, но уйдет, как только убедится, что Лена со мной нормально разговаривает.
Я очень надеялась на помощь колечка. Понимала, что ситуация с Леной тяжелая. Мне очень хотелось в первую очередь помочь девушке, и, конечно же, надо было разобраться с похищением.
Медсестру проинструктировали. И мы зашли.
Бледная с отсутствующим взглядом девушка лежала в постели. Я присела рядом на стул, еще раз мысленно обратилась к колечку.
– Меня зовут Саша.
Никакой реакции.
Я коснулась руки девушки, нужен контакт.
– Я пришла помочь тебе.
Долгие секунды она никак не реагировала. Мелькнула мысль: «Ничего не получится». И тут:
– Я – Лена. Впрочем, раз Вы здесь, то, наверное, знаете как меня зовут.
– Да, Лена, знаю. Ты только не волнуйся. Это я с друзьями нашла тебя.
– Спасибо. Только, наверное, лучше бы я умерла.
Я положила уже всю свою ладонь на руку девушки и даже легонько сжала ее.
Была бы моя воля, я бы стерла весь негатив из памяти девушки, но умом я понимала – нельзя. Я вспомнила наказ Зои Павловны. Помочь пережить случившееся – это одно, но вмешиваться, заставлять что-то забыть, это совсем другое. Я не имею права решать за кого-то, что ему помнить, а что вычеркнуть из своей жизни.
– Я скажу то, что ты уже слышала не один раз. Пройдет время, ты забудешь все как страшный сон. И, поверь, в твоей жизни будет еще столько хорошего, ради чего стоит жить. Когда я была маленькой, меня однажды очень сильно обидели самые близкие люди. Я долго плакала, но до меня никому не было дела. Меня несправедливо наказали, наговорили такого страшного, что жить не хотелось. И я решила, лучше я умру.
Я заговаривала Лену, как могла. Мне нужен был контакт с ней, доверие, чтобы между нами установилась пусть слабая, но связь. Пусть она начнет переживать за маленькую глупую девочку, которая решила, что ничего хорошего в ее жизни уже не будет, и лучше умереть.
Лена слушала. Да, она смотрела на меня и даже начала переспрашивать.
Медсестра, убедившись, что с Леной все в порядке и она пошла на контакт, тихонечко вышла.
Можно уже попробовать спросить о похищении?
– Леночка, я понимаю, что ты чего-то боишься.
Девушка замерла. Глаза у нее расширились. А я увидела картинку – к ней подходит врач в маске и шипит прямо в лицо: «Хочешь жить – молчи! Вякнешь, и мы повторим, будешь молить о смерти».
Ух, какая же злость меня разобрала. Бейджика на халате не было, лицо в маске, но на брови слева маленький шрам. Найду, я не я буду, но найду этого гада!
Я наклонилась к девушке и тихонько ей прошептала:
– А ты и не говори. Я буду спрашивать, а ты просто вспоминай. Или кивай головой в знак согласия. Хорошо?
То, что я узнала, было страшно. Через что пришлось пройти этой хрупкой девчушке, практически подростку!
Ее опоили чем-то в клубе, и она очнулась в незнакомом месте. Тошнило, все тело было непослушным. А тут еще заявился какой-то гад и стал рассказывать, что ей выпала честь стать актрисой. Вот немного придет в себя, и начнутся съемки. Надо отдать должное, Лена не была дурой и сразу начала требовать, чтобы ее отпустили, на что этот гад только смеялся:
– Тебе понравится.
Потом заглянул еще один.
– Ну что, подготовил девочку?
– Сейчас. Еще пара минут, пусть оклемается, а то совсем вялая, не вкусно будет.
И тогда Лена стала грозить своим папой, что он с ними разберется, и мало им не покажется.
– А кто у нас папа?
Лена сказала.
Рожа пришедшего скисла.
– Н-да, фильмец точно не стоит делать.
– Ты что, ее отпустишь?
Пришедший ухмыльнулся.
– И упущу возможность поквитаться со Стругариным? Э, нет! Вколи ей лекарство.
Лене сделали укол, и она уплыла. Потом были то ли сны, то ли видения, то ли страшная реальность. Тот, второй, был животным, мучал и мучал девушку.
И почему мне кажется, что я знаю того, второго? Я видела его фотки. Это точно!
– Леночка, все. Не думай об этом. Поверь, твои обидчики будут наказаны. Это я тебе обещаю. А сейчас просто думай о хорошем.
– Я домой хочу. Мне здесь страшно.
– Я постараюсь решить этот вопрос.
Выглянула в коридор, подозвала к себе Алексея.