У герцога тоже недавно умерла бывшая с ним рядом много лет женщина. Нет, это была не жена, но герцог был очень близок с этой женщиной, по-своему даже любил ее. Прощаясь с ним, осознавая, что скоро уйдет, та дама сделала признание. Трудно сказать, насколько можно верить всему этому. Но женщина призналась, что есть у нее на душе грех – сделала она от ревности в свое время очень злое дело. Прокляла по известным ей правилам ожерелье, которое герцог собрался подарить не ей, а какой-то русской. Решила, что нужно извести соперницу. Она потом поняла, что была не права, но сделанного не воротишь.
Было и письмо от герцога, в котором высказано пожелание получить обратно проклятое ожерелье. Вот после этого и было внесено дополнение в завещание, которое гласило о том, что если пропавшее ожерелье будет найдено, то оно должно вернуться к дарителю.
Ребята с сомнением отнеслись к проклятию, а мы с Лизой поверили. Поверили, что ожерелье действительно проклято. Да и судьба Наденьки говорила о том, что не будь этого подарка, жизнь ее сложилась бы иначе.
Только Толик не нарыл никаких связей и теперь, слушая последние новости, переживал, что его день прошел впустую. Но в завершении рассказа и его осенило. Он позвал с собой к компьютеру Игната и показал тому фотку генерала. А вдруг?
– Да, видел такого. Приходил к нам. Вот по поводу покупки ожерелья и приходил. Его жена приметила это украшение на нашей Надюше и впечатлилась. Потребовала от мужа генерала такое же. Но то, что воспроизводили нанятые мастера, даже близко не могло сравниться с оригиналом. А как узнали они, что нет нашей девочки, так и… Но Петр Тимофеевич отказал, категорически отказал.
– Так может существует все-таки два похожих ожерелья? – в задумчивости высказала мысль наша Лиза.
Мне кажется, об этом подумали и все мы, услышав слова Игната.
– Все, ребята, по домам. На сегодня достаточно, – заявил Алексей, и мы стали собираться. – Завтра разберем записи детектива и посетим наших заказчиков. Пора.
Глава 41
ГЛАВА 41
За последующие два с половиной дня мы полностью разобрались с делом о пропавшем ожерелье. И получилось это благодаря моему колечку.
Еще утром были изучены записи детектива. Решили для начала перепроверить всех подозреваемых в то время. Мне с Лизой досталась беседа со служанкой, которая долгое время работала в доме, но уволилась накануне обнаружения пропажи. Конечно, факт увольнения, почти совпадающий во времени, вызывал подозрения. Но хозяин припомнил, что видел ожерелье уже после того, как девушка ушла с работы.
Нужно отметить, что, несмотря на дороговизну, ожерелье не хранилось в сейфе, а лежало в комнате умершей жены в шкатулке. Петр Тимофеевич иногда засиживался в этой комнате, перебирал какие-то безделушки жены, вспоминая ее. Любил он и просто смотреть на портрет жены, держа в руках какую-нибудь ее вещь, в том числе и ожерелье. Так вот, хозяин был убежден, что видел в шкатулке ожерелье после увольнения служанки. С девушкой, конечно, побеседовали, но ничего так и не узнав, простились с ней.
Найти ее труда не составило, хотя она и, выйдя замуж, сменила фамилию. Но Толик у нас мастер. Он эти вопросы решал очень быстро.
Как только мы начали разговор с этой уже женщиной, я поняла, что мы на верном пути: колечко стало покалывать, сигналить.
Лиза у нас девушка разговорчивая, она так умело строила разговор, что Таисия, так звали женщину, никак не могла выпроводить нас, отказаться с нами беседовать. Но я видела у нее потаенный страх, напряженность, а потом и мысли Таисии зазвучали у меня в голове.
«Столько лет прошло, неужели теперь стало известно? Не может быть. Все давно уже успокоились. И хозяин мой бывший умер. Разве что этот гад проговорился? И на меня стрелки перевел? Может, даже сказал, что это я украла и ему продала? Что же делать?»
Лиза щебетала, рассказывая какие-то пустяки по нашему делу, а женщина ее не слушала, мысленно решая, как ей быть. И тогда я решилась, взяла ее за руку и, глядя в глаза, произнесла:
– А вы расскажите правду. И вам легче станет, не будет старый грех тяготить, не будете свою вину перед умершими чувствовать.
И Лиза, и Таисия посмотрели на меня округлившимися глазами.
У меня мелькнула мысль, а имею ли я право? Но Таисия решилась:
– Да, я расскажу, как было дело. Я и не сразу согласилась, когда меня этот старый черт начал обрабатывать, но в конечном итоге, не устояла. А он все твердил: «Посмотрите, как ожерелья похожи, никто и не заподозрит, что вы их поменяли». Деньги он предлагал большие, а я свой угол хотела иметь, вот и…