— Кажется, я начинаю понимать, как вы намерены их использовать, — Тихтион улыбнулся, и на лице его появилось выражение нетерпеливого предвкушения. — Разведка на территории врага?
— Верно, — подтвердила Алкариэль. — Но даже самые точные и полные сведения могут оказаться бесполезными, если мы будем медлить.
Вдова Макалаурэ встала и прошлась по комнате, словно раздумывая, как донести поточнее свою мысль до собравшихся.
— Необходимо не допустить, чтобы к новой битве Моргот получил новую армию. Мы знаем, что силы он черпает среди людей. Необходимо останавливать тех, кто будет направляться в Ангамандо.
— Подействует ли на них убеждение? — усомнился Налантион.
— Скорее всего нет, — согласилась Алкариэль. — Но мы должны сперва предложить им вернуться домой с миром. Если же они откажутся, если цепи тьмы плотно опутали их разум, значит, они наши враги. И поступать с ними следует, как с врагами.
— Убивать, — уточнил Вайвион.
— Верно, — Алкариэль кивнула. — Но это лишь половина дела. Вторая часть его — Ангамандо. Плащи помогут вам незаметно пробраться на территорию темной крепости. Нужно искать и убивать тех, кто производит на свет новую армию тварей.
Леди на мгновение замолчала, и в зале повисла звенящая тишина. Нэри сидели, затаив дыхание. Алкариэль продолжала:
— Нужно убивать орчанок. Тайно, их оружием — ятаганами или стрелами. Маскировочных плащей не снимать, следов не оставлять. Уходить потом незаметно. По возможности все должно выглядеть естественно — драка тварей или еще что-то подобное.
— С этим мы на месте разберемся, — откликнулся Тихтион. — Но почему именно орчих?
— Потому что убийство самих орков нам мало поможет — детенышей производят на свет самки, а не самцы.
Несколько долгих минут нэри обдумывали то, что сказала леди. Потрескивали поленья в камине, Вайвион постукивал пальцем по столешнице. Наконец, он заговорил:
— Это может привести к успеху. Но и сведения о намерениях врага желательно раздобыть.
— Только если это не будет угрожать жизни разведчиков. Не нужно рисковать.
— Согласен.
— А их не обнаружат? — встревожился Нарсион.
Тихтион успокоил:
— Не в первый раз. Травы отобьют запах следов, сами разведчики намажут роар какой-нибудь дрянью, чтоб походить на запах ирчей. И если их никто не увидит…
Он не договорил, но вдохновение на лице сказало все за него.
— Королева прислала вместе с плащами схему, как их изготавливать. Мастерицы уже дали согласие, и скоро таких одеяний у нас будет больше. Что скажете?
Она с волнением огляделась, но долго томиться в ожидании ей не пришлось. Оростель ответил:
— Я согласен с вашим предложением, леди.
— И я, — поддержал Вайвион.
Остальные вслед за ними так же выразили одобрение. Алкариэль мысленно вздохнула с облегчением и подумала, обращаясь мысленно к погибшему мужу:
«Мы отомстим за тебя. За всех погибших. Мы сделаем все, чтобы победить!»
Она встала и, положив пальцы на стол, произнесла:
— Тогда за дело!
Верные поднялись вслед за ней. Алкариэль закончила:
— Майтимо я сообщу сама. Удачи вам!
Гвиндор задумчиво глядел, как отряд лорда Артаресто входил в крепость. Кони неспешно ступали на берег и тут же ускоряли шаг, желая побыстрее оказаться дома. Нолдор улыбались встречавшим и, несмотря на усталость и горечь потерь, искренне радовались возвращению.
Ородрет приветствовал верных, остававшихся в Минас Тирит, взглядом ища супругу и дочь. И если леди уже шла навстречу, то Финдуилас еще не было видно.
Гвиндор сделал шаг вперед, желая поговорить с лордом и сообщить ему новости, которых точно не окажется в докладах советников и командиров. Вдруг словно ясный и удивительно светлый луч скользнул по ступеням лестницы, пробежался по площади и, счастливо вскрикнув, повис у Артаресто на шее.
— Атто! Вернулся! Вернулся! — дева радовалась отцу, словно была еще эльфенком.
— Да, моя родная, я снова с вами, — ответил тот и, оглядев дочь, добавил: — Ты словно светишься, малышка. И даже стала еще краше.
— Это все Эол, — произнесла она и смутилась.
— Кто? — удивился Ородрет.
— Один синда. Он теперь живет в крепости. Он отличный мастер. А еще он…
— Та-а-ак. Кажется, я начинаю понимать, что тут произошло, — сказал он и улыбнулся. — Расскажешь мне про него?
— Конечно. Ты ведь лорд и…
Артаресто рассмеялся и вновь обнял дочь.
— Хуан, друг мой, поищи, пожалуйста, — попросил Тьелкормо, с легкой печалью рассматривая поляну. — Вдруг все же получится взять след?
Пес гавкнул два раза и начал принюхиваться, хотя надежда и в самом деле была весьма слаба. Всю минувшую ночь шел дождь, и земля порядком раскисла. Тут и там виднелись следы звериных и птичьих лап.
Охотник обошел подлесок, высматривая малейшие указания, куда могла направиться его недавняя собеседница, однако не обнаружил ни примятой травы, ни надломленной веточки.
Дувший с севера холодный ветер нагнал облака, и в лицо эльфу ударили первые крупные капли дождя. Он нахмурился, поднял ворот куртки и поглядел на Хуана. Тот, сделав круг по поляне, мотнул башкой и выразительно заскулил.
— Совсем ничего? — на всякий случай уточнил Турко.
Пес снова повторил жест.
— Ну что ж, значит, в самом деле остается обойти все селения до единого. И ближайшее у нас в паре лиг к северу.
Он всмотрелся в укрытый ветками кустарника и подсвеченный бликами близкой реки горизонт, будто хотел там разглядеть что-то, однако выражение его лица выдавало крайнюю задумчивость.
— Надеюсь, у нее все хорошо, — вдруг невпопад проговорил он и поправил висевший за плечом колчан. — Пойдем.
Хуан бодро побежал бок о бок с хозяином.
Листва на деревьях, еще недавно расцвеченная золотым и пурпурным, теперь почти облетела, природа казалась серой и безжизненной, готовой погрузиться в сон. Ненастная северная зима неумолимо приближалась, и именно это заставляло Турко еще сильнее торопиться.
«Как она будет справляться одна?» — волновался он, и сердце в груди неровно билось.
Особенно резкий порыв заставил застонать кроны деревьев. Мысль, что ненастье может застать его деву в лесу, когда она в очередной раз отправится на охоту за мясом, заставила его почти побежать.
«Курво ни за что бы не отпустил Лехтэ в такую погоду одну куда-нибудь, а уж тем более в лес, — вдруг подумал он. — И вообще бы не выпустил из дома. И теперь я, кажется, наконец понимаю, почему. Хотя сам при необходимости столько раз уезжал».
Вскоре началась знакомая нахоженная тропа, ведущая в селение, и Келегорм против воли вздохнул с облегчением. Однако встретившийся ему спустя всего несколько минут нолдо развеял появившуюся было смутную надежду — никаких дев моложе трехсот лет тут не было.
— И вы не знаете, о ком может идти речь? — на всякий случай уточнил лорд.
Молодой эльф, которого прежде он не раз видел несшим дозор на заставе, с легким огорчением покачал головой:
— Увы. Сожалею, мой лорд.
Турко нахмурился и посмотрел на постепенно темнеющее небо. По-хорошему, стоило бы теперь пойти домой и продолжить поиски утром, однако терять драгоценное время было невыносимо.
— Пошли, Хуан, — свистнул он пса. — До следующего поселения с десяток лиг.
— Может, вы отдохнете у нас? — забеспокоился верный.
Однако Охотник лишь покачал головой:
— Благодарю, но времени нет.
И ушел в надвигающуюся ночь вместе с псом.
— Переделать Песню? — брови Тьелпэринквара удивленно приподнялись, однако в глазах его зажегся огонь предвкушения интересной работы.
— Именно так, — подтвердила Галадриэль и кивнула, пристально глядя на Куруфинвиона в палантир. — Ты сможешь? Это очень важно.
— Понимаю. И приложу все силы. Хотя я прежде не делал ничего подобного, однако задача сама по себе непростая, но… Оружие против Тьмы… Будет. Оно у нас обязательно будет!
Молодой лорд покачал головой и, оторвав взгляд от видящего камня, посмотрел прямо перед собой. На лицо его набежала тень, но в ней не было тревоги, лишь пытливый интерес и задумчивость.