— Понимаю, и согласен с вами.
— Нолдор больше не должны нести такие потери, как в прошлой битве.
Лицо Алкариэль чуть заметно дрогнуло, но спустя всего полмгновения она взяла себя в руки.
— Нужно больше баллист и катапульт, — вновь решительно заговорила она. — И камней к ним. Также обязательно подумайте, чем прикрыть небо.
— О чем вы? — уточнил Оростель.
— О чешуйчатой твари, что приползла к крепости в прошлую битву и принесла столько бед. Представьте, что будет, если подобная гадина вдруг полетит?
— Вы считаете, такое возможно? — подал голос Тихтион.
— Кто знает, на что способна искаженная фантазия Врага.
— Тоже верно.
— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — пообещал Нарсион.
— Я в вас верю, друзья, — улыбнулась Алкариэль и обвела каждого из своих помощников внимательным и одновременно ласковым взглядом. — И еще — не будем повторять ошибок прошлых битв, когда каждый народ сражался под началом собственных командиров. Ничего хорошего из этого не выйдет. Предупреждайте наших союзников, что в случае боя они должны будут беспрекословно исполнять ваши приказы.
— Попытаемся, — откликнулся Вайвион. — Но если атани уговорить удастся, то как быть с синдар?
Алкариэль пожала плечами:
— Трандуил — разумный эльф. Уверена, он не станет противиться веским доводам. И в любом случае, с ним беседовать будем не мы.
— А кто?
— Келеборн или Финдекано. К Тьелпэринквару они тоже прислушаются.
— Он-то тут при чем? — не удержался от вопроса Налантион.
Алкариэль в раздумьях покусала губу:
— Странные слухи ходят в Дортонионских лесах. И синдар, что частенько их навещают, охотно внимают им. Я разговаривала на днях с Эльдалоттэ…
Леди принялась рассказывать историю исцеления нолдор во время Дагор Морлах, и советники с легким недоумением переглядывались.
— Тьелпэ — аран? — наконец прервал установившееся молчание Оростель. — А сам-то он знает об этом?
— Сомневаюсь, — откликнулась Алкариэль. — У него в последнее время много иных хлопот, чем прислушиваться к странным разговорам.
— Ладно, — прервал общие размышления Вайвион, — это пока к делу никак не относится, хотя и звучит весьма убедительно.
— Вы правы, Вайвэ, — согласилась леди. — Пора вернуться к нашим заботам. Я надеюсь на вас, на всех.
Нэри по очереди выразили готовность защищать Врата и их госпожу и начали расходиться.
— Оростель! — вдруг весело окликнула Алкариэль нолдо. — Не стоит так спешить. Вы еще с прошлого раза задолжали мне тренировку.
Вайвион коротко хохотнул. Оростель тяжело вздохнул:
— Боюсь представить, что скажет лорд Макалаурэ, когда возроди… вернется и узнает, чем мы тут с вами занимались.
— Вот пусть сначала вернется, — не отступила Алкариэль, — тогда и будете переживать.
— Тоже верно. Что ж, тогда переодевайтесь, а я пока подготовлю оружие.
— Сегодня тренируемся боевым? — глаза нис заблестели восторгом предвкушения.
— Да.
— Я мигом! Вайвэ, а с вас вечером после ужина урок стратегии.
— Я готов, — подтвердил второй советник.
— Буду ждать вас в тренировочном зале, — сообщил Оростель.
Алкариэль ушла, а нэри проводили ее немного печальными взглядами и переглянулись. Вайвион заметил на лице товарища вопросительное выражение и пожал плечами:
— И все-таки не ее вина, что ей пришлось взять оружие в руки.
— Да, — согласился его собеседник. — Но от этого не легче.
Они помолчали еще немного, а после разошлись по своим делам. Оростель надел доспех и достал мечи. Спустя четверть часа пришла леди Алкариэль, и долгое время из тренировочного зала слышался несмолкаемый звон оружия.
Прокатившийся над стенами Хисиломэ звук серебряного рога разорвал скопившийся в низинах туман. Дозорные поспешили открыть ворота и впустить нолдорана.
— Айя, аран! — приветствовал его начальник стражи. — Вы к нам надолго? Приготовить вам покои? Простите, мы не знали, что вы приедете.
На виноватом лице воина читалось искреннее раскаяние. Финдекано невольно улыбнулся и покачал головой:
— Только до утра, так что не торопитесь. Нас с женой вполне устроит простая кровать и стол с хлебом.
Он спешился и, предоставив конюхам позаботиться о жеребце, помог сойти на землю мелиссэ.
— Как ты? — просил он ее. — Не устала?
— Все в порядке, — успокоила она его.
— Тогда идем?
Жена кивнула, и Нолофинвион направился в отдаленную часть двора. Туда, где, как он хорошо знал, располагались покои целителей. Он и сам провел там много ночей, надеясь, что вот-вот, если не сейчас, то уж через пару часов точно, произойдет чудо и отец откроет глаза. Однако, ничего подобного так и не случилось.
Финдекано толкнул дверь и переступил порог. В лицо ему дохнуло густыми запахами уходящего лета. Морошка, береза, барбарис, бессмертник, брусника, гречиха, донник. В спину толкнула упругая струя свежего воздуха, и нолдо на миг показалось, словно он перенесся в Аман. В ту пору, когда он сам еще малышом часто бегал по полям вокруг Тириона.
— Все хорошо? — спросила тихо Армидель.
Нолофинвион глубоко вздохнул:
— Да… Да. Прости, мелиссэ.
Он обернулся и, быстро поцеловав любимую в щеку, прошел вглубь палат. Навстречу ему уже спешил целитель. Впрочем, по лицу его Финдекано понял, что ничего нового или обнадеживающего сегодня тоже не прозвучит.
— Все по-старому? — не скрывая огорчения, спросил он.
— Увы, государь, — лекарь с печалью покачал головой. — Нолофинвэ не пришел в себя, и я не знаю, произойдет ли это когда-нибудь. Мы уже не по одному разу перепробовали все доступные средства, но…
С этими словами целитель красноречиво развел руками, и Финдекано оставалось лишь вновь печально вздохнуть.
— Вы позволите увидеть его? — спросил он.
— Да, конечно.
Фингон кивнул и прошел в хорошо знакомую комнату. Отец лежал, озаренный лучами заглядывающего в окно Анара, и на бледном, немного осунувшемся лице его светилось спокойствие. Некоторое время сын стоял у порога, а после прошел вглубь и сел на край кровати. Его жена встала неподалеку за спиной.
— Как ты, атто? — спросил он, понимая, что Нолофинвэ все равно не услышит и не ответит. — А у меня все по-старому. Верные все-таки настояли на своем, так что приходится по их воле быть королем. Майтимо тоже отказался, хотя я ему предлагал. Да, что еще? Северные приморские крепости недавно поймали и перебили небольшой отряд орков. Туор приехал из Бритомбара и отправился искать Турьо. Хотел бы я знать, отыщет или нет. Туор — это мой приемный сын. Он адан по крови.
Нолдо все говорил, говорил, и можно было подумать, что за словами он скрывает боль. Или просто соскучился по отцу и хотя бы так хотел побеседовать с ним, поделиться.
— А впрочем, — в конце концов закончил он, — все хорошо. Надеюсь, однажды ты вновь будешь с нами. Мы ждем. Пора, мелиссэ.
Последние слова были обращены уже к жене. Финдекано встал и не без удивления отметил, что прошло больше часа.
— Завтра домой? — уточнила Армидель, вслед за любимым покидая покои целителей.
— Да, — кивнул муж. — До осени предстоит еще много хлопот, надо успеть.
Они вновь вышли во двор, и Финдекано с некоторым чувством удивления оглядел двор. Оказывается, за много лет он успел отвыкнуть от Барад Эйтель. Однако уже через мгновение он отогнал непрошеные мысли и повел Армидель в свои покои.
====== Глава 100 ======
— Скажу тебе откровенно, Голлорион, в этой одежде я чувствую себя слегка неуютно, — Трандуил нахмурился и скептически оглядел себя. — Непривычно.
Его наряд из тяжелой серебряной парчи был отделан искуснейшей вышивкой, над которой трудились лучшие мастерицы Дориата, а так же крупными бриллиантами и другими драгоценными камнями.
Советник посмотрел серьезно и немного грустно, однако уверенно покачал головой в ответ:
— Я хорошо вас понимаю, государь, но это совершенно необходимо. На праздник Лаинглад собрались синдар из самых отдаленных уголков королевства, а некоторые знатные семьи много веков не навещали Менегрот, не желая встречаться с Мелиан. Теперь они все должны увидеть короля, а не беспечного юного синду, едва вошедшего в возраст.