— Если меня будут спрашивать — я через несколько часов вернусь.
— Хорошо, лорд, — ответил тот.
Умный конь сам прекрасно знал дорогу в дом Тинтинэ, поэтому теперь уверенно бежал вперед прямо через поля к видневшейся вдалеке тонкой полоске леса. Мысли самого всадника между тем занимали беспокойные думы. Как объяснить возлюбленной то, что он собирался ей предложить, он представлял с трудом. Положение, в какое он невольно ее ставил теперь, выглядело крайне двусмысленным. Турко от досады даже скрипнул зубами:
«Самым логичным было бы сделать ей предложение, и все — никаких вопросов тогда бы не было. Но как быть с тем скоропалительным решением ждать? Раз слово дано, пусть даже самому себе, его необходимо держать».
А, значит, предстояло сложное объяснение. Тьелкормо надеялся лишь на то, что Тинтинэ за минувшие годы успела его неплохо узнать и поймет правильно. Однако, оставались еще братья и остальные родичи, которые наверняка будут задавать вопросы, хотя бы мысленно.
«Совет Майтимо, — продолжал размышлять Фэанарион, — наверняка продлится не один день. Затем подготовка к свадьбе Тьелпэ и само торжество. Навестить любимую там, в ее поселении, я не смогу еще очень долго».
В конце концов он просто мысленно махнул на все бесплодные размышления, и без того мучившие его всю минувшую ночь, и решил положиться на судьбу.
Анар между тем поднимался все выше и выше. Конь резво бежал вперед, явно получая удовольствие от прогулки. Небо постепенно теряло глубину, становясь прозрачным и легким. Дорога петляла меж дубов и вязов, время от времени выныривая на поляны, к берегам ручьев и озер. Раз или два меж стволов деревьев мелькнули фигуры верных. Завидев лорда, нолдор поднимали руки в приветственном жесте, и Турко отвечал им, однако предпочитал не задерживаться, не желая терять время.
Наконец, дорога привела его к поселению Тинтинэ. То и дело с улыбкой кивая встречным нолдор, Фэанарион подъехал к знакомому палисаднику, спешился и отворил калитку.
— Отдыхай пока, — сказал он коню и, погладив его носу, отправил пастись.
Хуан улегся на улице в тени цветущих вишен, а Турко направился в дом, откуда слышалось знакомое пение. Заглянув в окно, он увидел, что дева месила тесто.
— Ясного утра, мелиссэ, — улыбнулся он.
Тинтинэ обернулась и, увидев гостя, радостно вскрикнула.
— Alasse, — ответила она и принялась вытирать руки. — А я тебя не ждала. Говорят, в крепость вчера приехало много нолдор, в том числе твои братья.
— Верно, — подтвердил Тьелкормо. — И я здесь именно по этому вопросу.
Брови девы удивленно поднялись:
— Поясни.
Они так и стояли, разделенные распахнутыми створками окна, и Фэанарион с трудом поборол желание перепрыгнуть через подоконник и обнять любимую. Хуан незаметно подошел сзади и толкнул его носом в ладонь, словно призывая говорить, и тогда нолдо начал:
— Понимаешь, все дело в том, что я за тебя беспокоюсь.
— Почему? — удивилась Тинтинэ.
Нэр пожал плечами:
— Наш старший брат собирает совет, потом будет свадьба. Несколько дней я не смогу тебя навещать.
Он говорил и говорил, перечисляя обстоятельства, объясняя все то, что и сам пока осознавал довольно плохо. В конце концов он закончил:
— Мне было бы гораздо спокойней, если бы эти дни ты пожила в крепости. Рядом со мной. Там, где я смогу тебя защитить. Комнаты найдутся.
Тинтинэ вздохнула, сняла фартук и, положив его на стол, села на подоконник. С минуту она изучающе разглядывала своего лорда и друга.
— Я уже не первый год живу вот так, в поселении, вдали от крепости.
— Знаю, — признался Турко.
— Хотелось бы понять, что изменилось.
— Сам не знаю. Возможно, дело в том, что мы с самого нашего знакомства не расставались надолго. А тут еще та тварь, туша которой исчезла. Шакалы его оттащили в кусты и дожрали, или он ожил и сбежал в Ангамандо? И если да, то не запомнил ли он тебя? Что, если он будет искать…
Дева задумалась:
— Да, это в самом деле может случиться. Что ж, раз так, то не вижу причин отказываться от предложения.
Тьелкормо вздохнул с облечением, и лицо его осветила искренняя, радостная улыбка.
— Благодарю! — ответил он.
— На сколько мы едем? — уточнила она.
— На несколько дней.
— Тогда я соберу вещи?
— Обязательно. И праздничный наряд захвати для свадьбы Тьелпэ.
— Я мигом!
Дева умчалась и скоро в самом деле вернулась, неся в руках сумку с вещами.
— Аммэ я предупредила, — сообщила она. — Вот только как же я поеду? Лошади у нас нет. Может, взять у дедушки?
Тьелкормо собирался уже было согласиться с предложением, когда услышал лай Хуана. Пес выразительно мотнул головой, указывая себе за спину.
— Ты предлагаешь ей ехать верхом на тебе? — догадался его хозяин.
Пес снова согласно гавкнул.
— Тогда скорее!
Тинтинэ села на спину собаки и ухватилась руками за шею. Тьелкормо вскочил в седло, и нолдор направились, не теряя времени, в сторону крепости.
Анар поднимался все выше, однако до назначенного самому себе часа еще оставалось время. Хуан легко летел вперед, словно не ощущая веса всадницы, и скоро на горизонте показались зубцы стен.
Фэанарион послал осанвэ Лехтэ и скоро получил от невестки ответ:
— Что-то случилось? — очевидно обеспокоилась та.
— Ничего серьезного, — успокоил ее родич. — Я просто хотел тебя попросить приготовить покои для Тинтинэ.
Он кратко объяснил происходящее, и та согласилась. Когда ворота крепости распахнулись, жена брата вышла встречать прибывших.
— Ясного дня, — приветствовала она. — Рада видеть.
— Vande omentaina, леди Тэльмиэль, — ответила Тинтинэ.
Лехтэ улыбнулась:
— Потом мы познакомимся ближе, а пока пойдем, я покажу тебе твои комнаты в донжоне.
Тьелкормо подумал, что нужно отвести коня отдыхать, а после бежать на совет, когда увидел в окне гостиной глядящего на него Майтимо.
— Турко, — окликнула его немного задержавшаяся Лехтэ. — Ты уверен, что не хочешь ничего нам всем сказать?
Секунду он думал над ответом, а после проговорил решительно:
— Пока нет.
— Хм, — неопределенно хмыкнула нис. — Хорошо. Но я так понимаю, что покои Тинтинэ стоит оставить за ней и после того, как она вернется домой?
Фэанарион посмотрел в глаза родственнице и кивнул:
— Ты права.
— Тогда иди скорей на совет, тебя уже ждут. Твоего коня отведут.
Он огляделся, заметил спешащего через двор конюха и кивнул:
— Хорошо. И благодарю.
Тьелкормо быстро подошел к мелиссэ и, взяв ее пальцы в свои, пообещал:
— Я приду сразу, как только освобожусь.
— Хорошо, — ответила просто она. — Буду ждать.
Турко умчался, а Лехтэ повела гостью внутрь.
— Нельо, все же мой единственный племянник женится. Может…
— И мой тоже, заметь, — с легкой улыбкой ответил брату Маэдрос.
— Мы впервые за столько лет собрались все… — Морьо неловко замолчал, глядя на место, предназначенное для правителя Врат.
— Именно поэтому прежде, чем начнется сам праздник, мы должны обсудить многое.
— Грядут перемены, — поддержал Старшего Куруфин.
Тот молча кивнул.
— И я повторю вопрос: леди Алкариэль уже в Химладе. Примете ли вы ее здесь, на совете?
— Ты уже давно все решил, оставь формальности, — ответил за всех Карантир. — Меня больше интересует, куда подевался второй лорд этой крепости.
— Скоро будет, — коротко проговорил Куруфин, взглянув на часы. — Минут через десять, если быть точным.
— Тогда я приглашу леди и дождемся Турко — не стоит начинать без них, — подвел первый итог Маэдрос.
В отсутствии Старшего братья принялись обсуждать предстоящее торжество, а Амбаруссар беспрестанно шутили о предстоящем сближении Домов нолдор. Куруфин мрачнел, но на подначки близнецов не реагировал.
Появление леди Алкариэль заставило всех притихнуть — слишком явственным и даже ощутимым стало отсутствие Макалаурэ. Оттого несколько неестественно и прозвучал ее голос, когда леди поприветствовала собравшихся. И даже Майтимо, начавший говорить о важности решения, которое им предстоит принять в ближайшие дни, не смог разрядить гнетущую обстановку.