Но исследование магии было лишь одной из ветвей быстро разраставшейся организации. Основным направлением оставалась борьба с деструктивными сверхъестественными явлениями. И это понятие охватывало такой широкий пласт, что архан только диву давался. Даже в его новом мире одна структура не занималась изгнанием демонов, уничтожением различных призраков и вредных низших духов, устранением последствий спонтанных магических выбросов и проклятий, ликвидацией опасных для общества магов и даже целых бандитских группировок, действующих под прикрытием магов. Уже даже появился новый наркотик, созданный с применением магии. Своеобразная алхимия в зародыше, но людей намертво к себе привязывает уже после первой пробы.
Все это было просто слишком для одной организации. Налицо неопытность руководства страны в подобных явлениях. Архан даже сжалился и рассказал немного о структурах и организациях магического мира. Ну в самом деле, сливать все в одну структуру — все равно, что слить медицину, образование и армию. Если они все оставят, как есть, то рано или поздно их просто накроет волной неразрешимых проблем. Быков записывал за ним со скоростью печатной машинки. Олег даже тайком подшучивал, что видел дым из-под ручки Василия Михайловича.
Однако, как ни был загружен парень, он не забывал, что отец, скорее всего, места себе не находит. Ведь в помещении Ведомства из-за глушащих устройств не работали мобильные телефоны, они даже не включались. Именно поэтому Зиргрин в какой-то момент решительно оборвал бесконечный поток вопросов, потребовав отвезти его домой. Быков, скрипя зубами от досады, согласился. Он понимал, что парень вообще пришел к ним исключительно по доброй воле. Конечно, архан тем самым предупредил вероятные проблемы для себя и своей семьи, но пожелай он действительно скрыться — кто бы смог его остановить? Единственный крючок, на котором сейчас сидел Зиргрин — это его легализация, как убийцы. Все же он успел натворить дел, причем, весьма кровавых. Возможность списания совершенных преступлений и дальнейшая работа уже в качестве представителя силовых структур сильно облегчала жизнь парня. И его семьи. Такой метод контроля был слишком зыбким и ненадежным, но, чем больше специалисты Ведомства получали данных о его способностях, тем очевиднее было, что им больше нечем его удержать.
— Понимаю, — криво усмехнулся Зиргрин, когда Быков прямо высказал свои сомнения.
— Наверное, ты не ответишь, но я не могу не спросить. Как могло королевство, где ты вырос, создать настолько опасного бойца, не предусмотрев методы его контроля?
— Они предусмотрели, — хищно оскалился архан, проводя пальцем по опоясывавшей его горло рунной татуировке. — Вот только я скорее убью все живое вокруг себя, чем позволю вам активировать это заклинание. В первый раз у меня просто не было выхода, но теперь все иначе. Хотя мне понятны ваши сомнения. Пожалуй, я могу дать вассальную клятву вашему правителю.
— Президенту? — изумился Быков. — Но что изменит клятва. Это просто слова…
— Не просто, — перебил его архан. — Я принадлежу другому миру, и на меня распространяются его законы. Можете спросить Олега, насколько действенны приносимые мне клятвы. Если бы я не освободил его от данной мне в первый день нашего знакомства клятвы на крови, то вы с ним даже поговорить обо мне не смогли бы.
— Да, — пожевал губами Быков. — Я помню его странную скованность в разговоре.
— Это действует в обе стороны. Вассальная клятва не такая жесткая, как клятва на крови, но она вполне действенна и обеспечивает лояльность.