— Саня…
Во взгляде находившегося под маскировкой Миши можно было рассмотреть глубокое сожаление.
— Все хорошо, — сжал плечо брата Зиргрин. — Позаботься об отце. Кажется, он мчится сюда прямо сейчас. Если он вмешается, я могу напасть.
— Никто не вмешается, я обещаю тебе это.
Кивнув, Зиргрин прошел к алтарю, где его уже ждал Урташ. Архан опустился на одно колено перед богом, застыв в ожидании.
— Поднимись, твоя служба нужна не мне.
— Кому же?
Урташ, несколько секунд понаблюдав за напряженным парнем, вздохнул. Его личность не сильно отличалась от людей, так что бог не был чужд эмоциям. Он сочувствовал архану, но не мог отступиться. Между Зиргрином и тем, кого Урташ хотел защитить, бог выберет вовсе не Зиргрина.
— Мне, — раздался тихий женский голос.
Из-за статуи вышла потрясающе красивая рыжеволосая девушка. Каждый раз, когда она ступала по черному мрамору храмового пола, вокруг ее ног прорастали какие-то причудливые растения. От девушки исходила энергетика, чем-то роднившая ее с Ариндалом. Вот только, в отличие от Хранителя Северного континента, ее сила была не в пример выше. Богиня! Могущественная, непостижимая… Даже дышать в ее присутствии было тяжело. Настолько удушающего ощущения не исходило ни от Ариндала, ни даже от самого Урташа. Хотя последний, вероятно, просто лучше контролирует свою энергетику, иначе рядом с ним никто не мог бы находиться.
— Это моя жена, Катя. Она является Душой этого мира. Как ты, наверное, ощутил, ее сила имеет сходство с силой Хранителей.
Зиргрин все еще ничего не понимал. Он должен был на год стать тенью этого безумно могущественного существа? Какой прок от него будет? Эта женщина способна одним лишь щелчком пальцев распылять моря и выравнивать горы!
— Это скоро изменится, — легко прочитал мысли парня Урташ.
— Я беременна, — с улыбкой произнесла девушка.
— Ребенок от высшей сущности, чтобы родиться, требует огромное количество энергии. Чтобы выносить его, Катя должна будет отдать все свои силы ему, так что на это время станет совершенно беззащитной, фактически смертной. Я не могу позаботиться о ней. Дитя и без того обладает моей родословной, если добавить к этому влияние моей энергии, или энергии моих слуг — то ребенок в период формирования постепенно превратится в тварь Хаоса. Из-за этого я даже в такой важный момент не смогу находиться рядом… В то же время есть множество сил, готовых пойти на все, только бы не допустить рождения этого младенца. Орден Чистых, ангелы и демоны — все будут пытаться убить Катю до того, как она родит. Особенно орден Чистых. Ты уже сталкивался с этими фанатиками. То, что ты видел — было нижним звеном. Высшие чины этого ордена обладают извращенной магией и люто ненавидят любых духовных существ. Мне нужно, чтобы ты защитил мою семью.
Архан начал понимать происходящее. Это было справедливо: потребовать от него спасти жизни семьи Урташа после того, как бог помог парню позаботиться о собственной семье.
«Прошу тебя», — раздался в голове ментальный голос четырехкрылого, с легкостью пробивший антимагию королевской тени. Подняв голову, Зиргрин впервые в жизни увидел, как это практически всемогущее существо нервничает, со страхом поглядывая на жену. — «Я не могу снова потерять ее! Я откатывал время сотни и тысячи раз, но всегда терпел неудачу. Если буду рядом или пошлю своих слуг — родится тварь Хаоса. Все твари Хаоса изначально безумны. Можешь себе представить ее реакцию на такого ребенка?! Я пробовал сотни и тысячи вариантов, нанимал ей охрану, прятал, уничтожал всех возможных врагов, но все равно находились предатели, готовые пожертвовать собой ради убийства Кати. У моих противников есть способы убедить в своей правоте любого. По какой-то причине все фракции считают, что наше дитя не должно появиться на свет. Раз за разом я терпел поражение, после чего обращал время и начинал все заново. Даже для меня подобное нелегко пережить. Мне приходится снова и снова наблюдать со стороны, как ее убивают! Ты — последняя надежда. Благодаря заклинанию ты не сможешь ее предать, твои навыки очень высоки, ты способен защитить мою жену, даже когда против нее восстанет весь мир».
Зиргрин, слушая Урташа, только крепче сжимал челюсти. Все это снова сводилось к проклятой подчиняющей формации. Бог не мог никому доверять, но под действием заклятья у парня не будет выбора, кроме как верно стеречь свою хозяйку.
Архан ничего не ответил, лишь еще сильнее склонившись перед богом. Он молчаливо принял свою судьбу с самого начала. Не было никакого значения в том, кого именно и почему ему придется защищать.