— Прошу тебя, сделай все возможное, чтобы не позволить Урташу обратить время в очередной раз. Он ни в коем случае не должен этого делать. Наша дочка, наконец, появилась на свет. Если он посмеет снова откатить время, я никогда его не прощу!
— Ты… помнишь?
— Разумеется!
Глаза девушки горели ярким изумрудным огнем. Архан смотрел на нее даже с некоторым священным трепетом. Оказалось, что Катя все помнила! Каждую попытку, каждую свою смерть. И всякий раз, начиная этот бесконечный цикл сначала, она никак не показывала наличия своих воспоминаний. Сердце Зиргрина ощущало своеобразное родство с этой женщиной. Родство в пережитой боли. И трудно сказать, не была ли ее боль гораздо сильнее той, что выдержал он сам?
— Ты будешь жить, — оскалился он, после чего впился клыками в плечо находящейся на грани жизни и смерти богини.
Два легиона, присланных от ангелов и демонов, замерли. Они прекратили попытки прорваться через созданную Зиргрином защиту. Их командиры внимательно смотрели на охотничий домик. Взгляд высокоуровневых духов пронзал стены и устремлялся прямо на родившегося младенца.
— Это не тварь Хаоса, — проговорил демон.
— Дитя родилось смертным, — кивнул ангел, разворачиваясь. — Нам нет больше смысла здесь оставаться.
Израненный лохматый демон, временно служивший Зиргрину, сплюнул серую кровь и облегченно выдохнул. Еще бы немного — и его могли убить.
Вскоре настойчиво прорываться к домику продолжили только лишь фанатики ордена Чистоты. Чистые, осознав наличие ловушек, бросили вперед своих наименее ценных представителей, заставив их активировать все заготовки Зиргрина и своими смертями расчистить путь вперед. Однако к тому моменту, когда они убедились, что ядовитый дым рассеялся и дорога вперед свободна, в тылу орденцев послышались автоматные очереди. Вскоре сразу с нескольких сторон фанатиков окружили вооруженные до зубов спецгруппы, начав методично их уничтожать. Завязался хаотичный бой. Пусть орденцы и были слабее прибывших бойцов, но и им было, что противопоставить. Вспыхнули мутные серые щиты, раздался треск мгновенных огненных заклинаний.
Зиргрин, тем временем, не обращая внимания на происходящее, вливал в Катю самый сильный исцеляющий яд, какой только имел возможность выработать. Это был уже не первый укус. Увы, яд оказался не столь действенным средством, лишь ненадолго отдаляя смерть девушки. Подобное явление казалось очень странным. Будто все полезные действия целебного яда утекают в неизвестность, совершенно не задерживаясь в теле.
Архан внимательно наблюдал за энергетическими токами, все сильнее хмурясь. Было стойкое ощущение, что кто-то действительно присосался к энергетической структуре девушки, буквально выпивая из нее все оставшиеся соки. Добавить к этому никак не прекращающееся кровотечение…
Если бы только она восстановила свои связи с миром и могла получить от него подпитку, то быстро бы залатала брешь в своей энергетике и смогла восстановиться. Но из-за слабости она просто не способна сконцентрироваться на этом, продолжая оставаться отрезанной от мира, частью которого являлась. Да и огромное количество энергии мира, которое хлынет в нее в момент восстановления связи, просто сожжет девушку изнутри. Однако без этой же связи она постепенно увядала, словно лист, отрезанный от дерева.
Зиргрин тихо паниковал. У него просто не было идей, как помочь. И именно в этот момент нечто внутри парня зашевелилось, выбросив очередную порцию информации. Ранее он считал, что знания приходят от Сущности Сарса, внедренной в его душу. Но на самом деле Сарс был мертв, а информация поступала от печати Хранителя, полученной арханом вместе с Сущностью погибшего элементаля.
Взгляд Зиргрина немного прояснился. Катя имела сходную природу с Хранителями континентов его второго мира. Фактически она тоже была Хранителем, объединив в себе черты четырех. И поскольку архан являлся наследником Сарса, их силы были в определенной степени похожи. Пусть он еще не пробудился, как полноценный повелитель Восточного континента, но это не значило, что некоторые возможности для него недоступны прямо здесь и сейчас.