— Хорошо, если ты сможешь их контролировать.
— Принесенные ими клятвы сами будут их контролировать, — улыбнулась Латайна.
— Пока фаиры не пытаются поработить целые страны — мне до них не будет никакого дела, — произнес Зиргрин. — Но я уже пообещал, что на Восточный континент их больше не допущу, так что крылатым придется использовать посредников, чтобы торговать или иметь другие дела с обитателями этих земель.
— Восточный континент принадлежит тебе, я не имею права вмешиваться в решения Хранителя относительно его собственной вотчины.
— В любом случае, я все еще не могу стать полноценным Хранителем, — немного грустно улыбнулся архан.
— У тебя не так много времени, но оно еще есть. Я помогу сделать твою душу цельной. Однако у меня будет условие.
— Какое?
— Мой муж, Ганул, никогда уже не сможет вернуться к жизни. Его раны слишком тяжелы. Веками я поддерживала его дыхание, но теперь это стало слишком тяжелой и, честно признаться, бессмысленной задачей.
— И чего ты хочешь от меня?
— Если Ганул умрет, то Архипелаг уйдет под воду. Но есть еще небольшой шанс не только защитить Архипелаг, но и возродить континент. Мы с Ганулом должны отдать остатки своих сил, чтобы дать жизнь нашему дитя. Если пойти этой дорогой, то я не смогу выносить малыша лично, так что мне придется превратить свою сущность в питательную среду для него. Это будет очень похоже на яйцо. Для вылупления малыша потребуется огромное количество природной энергии. И вот мое условие. Ты своими силами антимагии поможешь мне попасть внутрь темницы Ганула. После того, как мы с ним сольемся, ты должен забрать яйцо и поместить его на своем Континенте, позволив ему брать от него энергию. Я хочу, чтобы ты помог родиться и вырасти будущему Хранителю Центрального материка! Если ты согласен, то я немедленно использую половину своей оставшейся жизни для стабилизации твоей души.
Зиргрин замер, пытаясь переварить услышанное. Он был потрясен решимостью Латайны. Женщина, подобно Сарсу, готова была отдать всю себя, все свое существо ради появления на свет потомка. Она хотела, чтобы он унаследовал печать Хранителя Ганула и восстановил материк. Более того, Латайна готова была доверить малыша в руки Зиргрина, который даже для своих собственных детей был далеко не лучшим родителем…
— Ты так доверяешь мне?
Богиня мягко улыбнулась, коснувшись тонкими пальцами его щеки.
— Тебе пришлось убивать очень многих, но ты смог сохранить самого себя. Я вижу твою личность, вижу, что могу тебе доверять. После завершения приказа бога Хаоса твоя метка Проклятого исчезнет. Ты станешь Хранителем и будешь гораздо более свободен для своей семьи. Рождение высшего элементаля — это не мгновенный процесс, чтобы вылупиться ему потребуется более трех сотен лет, так что у тебя впереди достаточно времени на подготовку. Я знаю, что моя просьба слишком обременительна, но у меня нет другого выбора, кроме как шантажом заставить тебя это сделать. Ариндал слишком безразличен ко всему, так что ему я не могу этого доверить. Чиугир еще хуже, он слишком эгоистичен и волнуется только о своем континенте. Но ты другой, ты еще не утратил способности сопереживать. Надеюсь, что и после перерождения это качество останется с тобой. Я даже уверена, что ты не откажешься от него, так как слишком ценишь свои отношения с некоторыми смертными.
— Я согласен, — поднялся с кресла Зиргрин, поставив пустую пиалу на столик для фруктов. — Если выживу в бою с Иллит, то позабочусь о твоем ребенке. Ну а на случай моей смерти попрошу об этом Иршу. Думаю, она мне не откажет.
— Ты безусловно умрешь, — ласково улыбнулась Латайна. — Но не от рук этой несчастной или обитающего в ее душе существа.
— Что ты имеешь ввиду? — нахмурился Зиргрин.
Заявление богини было очень странным. Не так давно архан убедился, что ее предсказания действительно не ошибались, но если он погибнет, то к чему просьбы позаботиться о ее ребенке?
— Не думай об этом, — рассмеялась она. — Тебе лучше не знать подробностей.