— Кажется, Ваше Величество, Легорей взят бескровно, — произнес верный королевский секретарь Лилей, стоявший позади монарха и с открытым ртом наблюдавший за тем, как городские ворота открываются под напором воздушных жгутов, заменивших человеческие силы.
— Вы мне не говорили, что он так силен! — воскликнул магистр Ганас, перекрикивая вой воздуха, поднявшийся из-за того, что змей взмахнул полупрозрачными крыльями, поднимаясь в воздух. Темные маги, казавшиеся в кольцах его тела муравьями в объятиях питона, потеряли сознание от мощного давления.
— Я сам не имел понятия об этом. Небеса, во что он превращается?
— Очевидно, в нового бога, — ответил пожилой маг, наблюдая, как Зиргрин разжимает хватку, позволяя трем бессознательным магам упасть. Они так и не смогли ничего противопоставить мощному натиску неизвестно откуда появившегося стихиаля. На него не действовала никакая магия. Точнее, их сил просто не хватало, чтобы пронять подобное существо, а сила воли, которой обычно и подчиняют элементалей, просто тонула в могучей воле змея, словно брошенный мелкий камешек в огромном пруду.
Три бессознательных тела у самой земли замедлили свое падение. Воздушные потоки подхватили их, после чего мягко опустили на землю.
— Что застыли? — хрипло выдавил из себя Ренан, который никак не мог уместить в своем сознании уровень бога со своим названным братом. — Наденьте на темных кандалы с блокатором и ошейники, пока они не пришли в себя.
Его голос вывел королевских гвардейцев из ступора. Метнувшись к темным, они ловко запаковали их в кандалы и ошейники, опасливо поглядывая на уменьшавшегося крылатого змея, медленно подлетавшего к Ренану. Наконец, заняв облюбованное место на шее брата, Зиргрин сложил крылья и задумался над тем, чего бы ему съесть.
— Нам с тобой придется серьезно поговорить, — строго сказал Ренан.
«О чем?» — лениво поинтересовался тот.
— О божественности, демоны тебя забери!
«Твоему учителю стоит впредь думать, что он говорит. Или мне придется напомнить ему, что некоторые элементали могут не только одарить даром, но и заблокировать его».
Его ментальный голос на этот раз не был направлен на Ренана, а разнесся по всей округе, вынудив пожилого мага вздрогнуть от страха. Желание пообщаться с крылатой рептилией резко уменьшилось. Да и ссориться с сущностью, находящейся на грани божественности — последнее дело.
— Я прошу меня простить, — выдохнул маг.
— Не извиняйтесь, магистр, — резко заявил Ренан, гневно дернув Зиргрина за длинные перья на хвосте. — Ничего он вам не сделает. А ты не делай виноватыми других. Мне казалось, у нас нет секретов. Что еще ты скрыл?
Зиргрин промолчал. Было кое-что еще. Печать Хранителя. Но этой информацией он совершенно не собирался делиться с братом. И без того тот теперь не знает, как к нему относиться. И что будет, если станет известно, что из-за нежелания парня застрять в этом мире один конкретный континент уходит под воду? И именно из-за этого на Керм обрушилась новая угроза в виде крылатого народа фаиров. Нет, он ни за что не признается, что стал причиной того, что фаиры так отчаянно пытаются найти себе новое место под солнцем. Сам же архан не испытывал ни малейшего чувства вины по этому поводу. Ему эту печать внедрили насильно, воспользовавшись его отчаянной ситуацией и полным непониманием происходящего. Какое дело парню до материка, о существовании которого он даже не подозревал? У него не было никаких связей с тем местом, так что и переживаний тоже не было никаких. К тому же, тонуть континент начал задолго до того, как ему вообще сообщили о существовании этой печати внутри его души. Так какого черта?
«Давай не будем это обсуждать?»
Глаза короля слегка расширились от удивления.
— Есть что-то еще? — спросил он, но в ответ получил лишь угрюмое молчание. — Хорошо, отложим это. Зачем было усыплять город?
Из-за того, что ворота открылись, защитный купол над Легореем исчез. Следом рассеялся и странный туман, так и не покинув очерченных крылатым змеем пределов. Произведшие разведку тени уже доложили, что внутри все жители спят.