— Пойдем, Егор, — чуть сжал плечо охранника Зиргрин на ашмарский манер. Давно въевшийся в его характер жест.
Глава 13
Иллит сидела в своей пещерке, полностью покрывшись белоснежным инеем. Яркие алые волосы сейчас казались белыми, как все тот же снег, окружавший ее со всех сторон. Девушка давно уже отказалась от какого-либо уюта. Все, что она приносила в это место, очень быстро распадалось, не выдержав напора силы Бездны. Сама пещера держалась лишь благодаря странной незнакомой рунной системе, которую создал Наргот, приняв на время управление ее телом. День проходил за днем, а Иллит оставалась в этом месте, лишь изредка спускаясь к расположенному у подножия горы городу, чтобы пополнить запасы пищи. Хель, которая совершенно неожиданно для себя нашла на соседней горе своих сородичей-снежных виверн, последнее время возвращалась только по зову хозяйки, после чего, едва получив свободу, вновь улетала к принявшей ее стае. Заметив, как потяжелела виверна, Иллит констатировала, что вскоре придется отказаться от ее помощи. Хель была на сносях. Девушка вовсе не была против того, чтобы Хель осталась со своими сородичами. Но ее не могло не волновать, что этот материк довольно быстро уходит под воду. Что будет ждать виверну с малышами?
«Ты готова?» — тихо прозвучал в сознании голос Наргота.
— Давай, — скрипнула зубами девушка, приготовившись в очередной раз испытать ужасающую боль и пустоту.
И эти ощущения не заставили себя ждать. Бездна хлынула в ее тело, пожирая изнутри, оставляя лишь холод и абсолютное безразличие. Не осталось никаких эмоций, чувств, желаний. Совершенная пустота, которую ощущать было просто невыносимо. Она была чужда всему, что существует, всему, что способно мыслить и дышать. Иллит была живой и разумной, потому испытывала ужасающую боль, когда Бездна меняла ее тело, превращая в идеальный сосуд.
Через несколько часов эта пытка завершилась. Иллит, ощутив, что снова способна чувствовать, не выдержала и расплакалась. На этом горном пике она была совершенно одна. Ей так хотелось, чтобы здесь был кто-нибудь, способный обнять ее и сказать, что все будет хорошо. Наргот, отстраненно наблюдавший за истерикой, происходившей с девушкой каждый раз после их слияния, даже не пытался как-то ее приободрить, спокойно дожидаясь, когда Иллит сама возьмет себя в руки.
И спустя час приступ жалости к себе у нее прошел. Выйдя из пещеры, девушка зачерпнула ладонями недавно выпавший и еще мягкий снег, растерев им свое заплаканное лицо. Закончив с этим, она побрела к дальней скале, от которой распространялся красный магический свет. Там Иллит держала основные свои артефакты, боясь повредить их при слиянии с Бездной. Красный сигнал сообщал о том, что с ней пытались выйти на связь. На этом материке это мог сделать только Микрат Ларанский. Гадая, что ему от нее понадобилось, девушка добралась до небольшой пещерки, которую вырезала лично при помощи силы Бездны, защитив магическими формациями от попыток проникновения внутрь какого-нибудь местного зверя.
Взяв в руки артефакт связи, Иллит послала сигнал.
— Наконец-то!
— Простите меня, энр Микрат, я была занята и не могла ответить раньше.
— Чем можно заниматься в одиночестве на горе? — недовольно проворчал молодой Ларанский.
— Что-то случилось? — не стала отвечать на вопрос девушка.
— Да. Я прошу вас спуститься к нам, энра.
Иллит нахмурилась, не понимая, что происходит. Тон Микрата был каким-то странным.
— Хорошо. Я буду в течение часа.
— Пожалуйста, постарайтесь прибыть быстрее.
Иллит вышла на открытую местность, после чего достала артефактный свисток и подула в него. Раздался приятный высокий звук. И вскоре, то ныряя в казавшиеся здесь очень низкими облака, то поднимаясь над ними, показалась быстро приближавшаяся белоснежная фигура виверны.
Хель грузно опустилась перед хозяйкой, сложив крылья и подставив шею, чтоб ей было легче подниматься, держась за острые шипы.
Город, переименованный Микратом в Карис, встретил Иллит очень радостно. Местные жители, ощутившие, что под властью темных им живется значительно лучше, души не чаяли в освободившей их от гнета крылатых темной магессе. Ее почитали едва ли не богиней, уважительно называя Ледяной Королевой, что каждый раз сильно веселило девушку, стойко ассоциировавшую это прозвище с одной сказкой из ее прошлой жизни.
Вот только сама Иллит сейчас радости местных жителей совсем не разделяла. Пролетая над стенами, она отметила переполненность улиц людьми и представителями иных рас. За стенами же оказался разбит целый палаточный лагерь. Карис не был достаточно богат, чтобы прокормить такое огромное количество переселенцев.