Она протянула Жорке постановление от департамента опеки по изъятию детей. Жорка не спорил и не повышал голос. Он вообще не обращался к ней. Он больше говорил, обращаясь к присутствующим.
- Но ведь у детей есть все, что нужно. Мне даже перечислять не надо. Вы можете зайти в дом и убедиться, что дети полностью обеспечены всем необходимым. А то, как им здесь нравится, вы могли убедиться пять минут назад. Насчет жилплощади я не спорю, дом для всех слегка маловат, но вы можете посмотреть на другой дом, который уже в стадии завершения, хотя два-три месяца тому назад здесь был только фундамент. Я обещаю, что следующим летом мы будем жить в большом и просторном доме. В этом доме предусмотрены комнаты для каждого члена семьи.
- Но мне известно, что вы заставляете детей работать на вас.
- Я не спорю, что дети в какой-то мере помогают нам по мере их способностей. Но сказать, что у нас предпочитают принудительный детский труд, это в корне неверно. Вы, наверняка, видели, что дети играли, убирая траву. Но это их желание, а не каторжный труд.
Но эту особу, совершенно не волновали слова Жорки. Она была упряма и не собиралась идти на уступки. Вскоре у нее кончилось терпение. Она обратилась к стоящим за ее спиной милиционерам.
- Я не собираюсь здесь выслушивать этого господина. Идите, и приведите детей. Нам ехать пора.
Милиционер из района уже собрался идти, но наш Борис остановил его, покачав головой, давая понять, что не следует торопиться. В это время Жорка взял нашу гостью под руку, и отвел в сторону, предложив ее поговорить наедине. Надо было видеть ее лицо. Ее лицо явно источало довольство собой и надежду на некоторую компенсацию, я так полагала. Они остановились как раз у самого окна. Жорка стал так, что оказался лицом к гостям, а эта особа спиной к ним. Лицо Жорки светилось от широкой улыбки. При этом он взял ее за руку, и держал, чтобы она не смогла отойти. Я до сих пор не могу понять, как можно говорить ужасные слова, а самому в это время излучать очаровывающую улыбку.
- А теперь послушай меня, пингвин неокрашенный. Если ты не оставишь мою семью в покое, то я со своей стороны обещаю тебе сладкую жизнь до конца твоих дней.
Дама, разгневанная его словами, попыталась вырвать руку, но Жорка сдавил ее сильнее так, что она прекратила сопротивляться.
- Я вижу ты не совсем поняла меня. Разъясняю. У тебя самой трое детей. Как в той сказке, двое умных, а старший совсем наркоман. Так вот, в ближайшем будущем твой сынок обязательно пойдет на преступление, чтобы получить нужную ему дозу. Ты ведь уже не даешь ему деньги на наркотики, и он начал продавать вещи из дома. Значит в скором будущем жди сюрприза, если не поймают на ограблении, то поймают на убийстве. Ты, как я понимаю, не совсем растроишся, если он попадет в тюрьму. Но я уверен, что судьба младших тебя беспокоит больше, чем старшего. Поэтому я предупреждаю тебя, я сделаю так, что твоя дочь обязательно попробует наркотики, и если этого я посчитаю мало, то она пополнит армию секс-рабынь на Ближнем Востоке. Там малолетние блондинки в большой цене. Ну а самого младшего сынка не минет участь старшего, вот это я точно тебе обещаю. Ты должна понимать, что судьба моих детей меня беспокоит больше, чем судьба твоих. Как я могу пожалеть такую как ты, которая забыв про совесть и род занятий, где призвана заботится о сиротах, может продавать чужих детей за границу, имея от этого приличный заработок в зеленых рубликах американского достоинства.
Видя, что женщина ошарашена такой отповедью, смотрит на него яростными глазами, Жорка сквозь зубы процедил:
- Не дергайся. Если я еще сильнее надавлю, то твои косточки не выдержат. Все, что я сейчас тебе сказал, я в точности выполню. Можешь мне поверить на слово. Но из этой ситуации есть только один для тебя выход. Ты сейчас уезжаешь и больше не вспоминаешь о нашем существовании. Я со своей стороны обещаю так же забыть о тебе и твоих отпрысках. Теперь, ты полминуты думаешь, я отпускаю твою руку, а какое решение ты примешь, то так тому и быть. Одно хочу сказать на прощание, слово, данное мною, я привык держать. А теперь иди. Только улыбку на лицо не забудь надеть.
Я в очередной раз поразилась тому, как такие люди в одно мгновение полностью преображаются. Когда она отворачивалась от Жорки, ее лицо излучало если не радость, то, по крайней мере, удовлетворение.
Больше мы ее не видели. Доходили слухи, что она пыталась проделать некую операцию по изъятию детей в бедной, но положительной семье, но ее поймали на взятке, а вот посадили ее или нет, я не знаю. Знаю одно, что эта особа больше не занимает свою должность, и это правильно.