- Как ты не побоялся пригласить совершенно незнакомых тебе людей, а по сути сорвать с места большую семью?
- Я в тот момент не думал о плохом. Мне достаточно было посмотреть, как они относятся друг к другу, и как воспитали маленького мальчика, который, не видя вдоволь сладкого, делится конфетами со взрослыми, а когда они отказались, то эта маленькая кроха решила не есть самому, а половину отвезти маленькой сестричке. Пожалуй, это был самый весомый аргумент для меня. Я принял такое решение и не жалею об этом. А наградой мне стали замечательные люди и специалисты. Один Григорий Павлович чего стоит.
В то время картофельным полем занимались мы с ним, позже, когда Юра переехал к нам на постоянное место жительства, стал заниматься он, отдав ферму в полное руководство Григорию. Вы не поверите, но эти два «Кулибина», придумали свой метод получать хороший урожай. Они сконструировали специальный прицеп, который разбрасывает перегной по полю. Теперь весь навоз от фермы складируется, а когда перегнивает, они вывозят его на поле. Другое приспособление - это культиватор, который окучивает кусты картофеля и подрезает сорняки. Они переделали полностью культиватор на свой манер. Теперь метод посадки. Поле вспахивается, затем при помощи картофелесажалки они засеивают поле. При этом борозда делается очень глубокой, а сам посевной материал присыпается максимум на пять сантиметров. Как только картофель прорастает, они проходят культиватором, который засыпает всходы. И так делается несколько раз. К середине лета, ботва растет на бугорке, а там где раньше был бугор, теперь глубокая борозда. Вся влага даже от небольшого дождя скапливается в борозде, на уровне которой теперь расположены корни растения. Я не спорю, это затратное дело, но результат во много раз превышает затраты. Теперь мы с этого поля собираем урожай в три, а в удачный год и в пять раз больше, чем раньше. Не спорю, нам приходилось в осенний период нанимать рабочих для уборки, а это сами понимаете в горячий сезон не так просто сделать. А когда урожайность возросла, то Гриша настоял на том, чтобы я купил уборочный комбайн. Теперь у нас люди заняты в основном на сортировке. В этот период я весь транспорт привлекаю на перевозку урожая. У нас картофель сразу уезжает в Москву. Можно сказать, что с поля прямо на прилавок. В хранилище оставляем только семенной материал и для нужд родных и друзей, и некоторую часть для нужд нашей армии.
Но это еще не все. Григорий, узнав, что колхоз решил расширить производство за счет молокоперерабатывающего заводика, уговорил нас заняться сельским хозяйством и развести дойное стадо. Я был в ужасе от такой перспективы, но он все же сумел убедить меня. В итоге, я махнул на него рукой, сказав, что пусть делает, что хочет. Единственно, что я ему запретил, так это брать в банках кредит. Я посоветовался со своими женщинами, и они, просчитав всю себестоимость этой авантюры, вынесли вердикт, что если брать кредит, а там дают только в долларах, то мы с учетом инфляции и нестабильностью рубля, можем оказаться у разбитого корыта. Вывод был один. Надо рассчитывать на те средства, которыми мы располагали на данный момент.
Но надо отдать должное коммерческой жилке Григория Павловича. Не знаю как, но он узнал, что в одном из архангельских племенных совхозов из-за нехватки кормов племенной скот решили пустить под нож. Он созвонился с руководством и договорился на покупку коров в обмен на сено. Чем он руководствовался в тот момент, я не знаю. Однако он сумел договориться с нашим колхозом, не только купить у них небольшое количество корма, но и на непродолжительную аренду свободной фермы для нашего поголовья. Следующую неделю мы моталась по всей округе, закупая сено.
Короче, Григорий Павлович съездил на птицефабрику, там выпросил бракованные и не пригодные решетки из-под яиц. Сконструировал дробилку, и все это раздробил в мелкую труху, добавив в полученную смесь приличную часть отрубей. Все это погрузил в кузов самосвала, а также тюки с сеном, и вместе с супругой поехал в Архангельск. Там он отобрал нужное количество коров и стал их усиленно откармливать. Дело в том, что животные были настолько ослаблены, что вряд ли смогли перенести столь длинное путешествие, да еще в зимнее время. Правда дело было в конце марта, и морозы были не очень сильные, но все же.
Спустя несколько дней, вслед за ним выехали и мы. Мы везли шесть фур, битком забитые прессованным сеном. В каждой машине был сменный водитель. Мы решили, чтобы не мучить животных долгим переездом, двигаться без остановок. Остановки делались только для того, чтобы покормить животных и напоить их водой. Для этого у нас был «Уазик», в кузове которого были ведра и так, кое-что по мелочи. «Уазик» тащил за собой бочку на колесах. Бочкой мы подвозили воду. Когда мы приехали, отобранное стадо Григорием выглядело гораздо лучше, чем остальные животные. Сказать, что директор совхоза был очень рад такой сделке, то это ничего не сказать. Он был на седьмом небе от радости. Особенную благодарность он выразил Павловичу, когда узнал, что в корм животным можно добавлять решетки из-под яиц, и вообще пищевой картон.