Мы основательно готовились к выпуску. Случилось так, что нам понадобились некоторые мелочи, а приобрести их можно было только в городе. Ехать в город, выпал жребий Жорке. Ему дали увольнительную, а мы собрали необходимую сумму денег, и Жорка отправился на автобус. Выйдя на нужной остановке, Жорка шел к магазину, который как на грех находился в районе вокзала. На одном из перекрестков он увидел, что трое крепких парней пристают к девушке. Девушка вся в слезах, как могла сопротивлялась, но это, по-видимому, еще сильнее возбудило подвыпивших хулиганов. Подойдя ближе, Жорка попросил ребят оставить девушку в покое. Естественно, это им не понравилось. Они, бросив девушку, набросились на Жорку. Жорку долго уговаривать не пришлось. Несколько секунд, и дебоширы уже лежали на земле, выкрикивая проклятия и угрозы в адрес обидчика.
Видимо, у Жорки был не совсем удачный день, так как в это время мимо проезжал милицейский патруль. Патруль, скорее всего, не видел с чего началась драка, зато хорошо увидел ее окончание. Жорка оглянулся на скрип тормозов, и вмиг оценил ситуацию. Он прекрасно понимал, что останься он на месте, то окажется в отделе милиции, и еще не факт, что его поблагодарят за оказанную помощь девушке. В училище тоже не оценили бы такой порыв души, да еще перед самым выпуском.
Понятно, что у Жорки был большой стимул для побега тем более, что оказывать сопротивление сотрудникам правопорядка не входило в его планы. Жорка бросился бежать. Патруль также оказался проворным и, бросив машину на перекрестке, решили догнать нарушителя. Долго бегать не входило в планы Жорки. Он понимал, что если будет долго бегать, то в конце концов объявят перехват и выловят его. Нужно было срочно принимать меры. Интуиция подсказала ему правильный выход. Он за несколько прыжков пересек улицу и вбежал в кафе, в котором мы, когда бывали в увольнении, часто обедали, и официанты нас прекрасно знали. Дальше будет со слов командира.
Кафе оказалось на удивление уютным и чистым. В это раннее прохладное утро посетителей не было, за исключением меня и молодой парочки, которые сидели в другом конце зала, пили кофе, шептались, и непрерывно целовались, когда на них не обращали внимания. Мне повезло, здесь готовили комплексные обеды. Днем это была столовая, а вечером кафе.
Подошедшей официантке, я заказал борщ и жаркое, и попросил принести все сразу. Она выполнила мой заказ. Столовые приборы стояли в стаканчике от салфеток, и хлеб находился в плетеной корзинке. Я уже съел половину борща, когда дверь с шумом открылась, и в зал не вошел, а влетел молодой человек. На бегу, снимая цветную кепку, он сунул ее в карман легкой курточки. Мне понравился его оценивающий взгляд. Ему достаточно было одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. в которой он оказался. Сорвав с себя куртку, он подбежал к моему столу, на ходу складывая курточку изнанкой наружу. Приподняв мой портфель, он положил под него свою куртку. Все это он проделал молниеносно, не забыв крикнуть громко:
- Людочка, жаркое и срочно, от быстроты зависит моя жизнь!
Затем он, не глядя на меня, бесцеремонно пододвинул к себе мое жаркое, схватив ложку и хлеб, принялся с жадностью уплетать за обе щеки. Пробурчав набитым ртом, что-то вроде: «Простите так надо».
Я уже хотел было возмутиться его наглостью, но меня отвлек шум у двери. В кафе вбежали два милиционера, с трудом справляясь с дыханием. В тот же самый миг, когда они входили, парень, жестикулируя руками, в которых он держал хлеб и ложку, стал нести, да еще громко какую-то околесицу.
- Вот наш майор и решил показать ему, как правильно нести и укладывать бордюр. На его замечание наш Ванюшка и ответил: отойди майор, а то случаем зацеплю, ты тогда и звездочек не соберешь.
Парень, по-видимому, и дальше продолжал бы свое повествование, но в это время к нам подошла официантка с тарелкой жаркого. Пожелав мне приятного аппетита, она многозначительно посмотрела на парня и, не произнеся ни слова удалилась за стойку. Немного отдышавшись, один милиционер спросил.
-Куда делся тот парень, который сейчас зашел сюда?
- Это тот, что в цветной кепке был? - спросил мой наглый знакомец.
- Именно он.
- Так он вон туда, в подсобку побежал.
Они побежали в подсобку, которую им показал мой парень. Как только они скрылись за дверями, мой знакомый соскочил и перед самым выходом опрокинул с грохотом стул, а сам лег на пол и стал кричать, зовя на помощь милицию. Я был просто ошарашен такой наглостью. Мельком взглянул на официантку, увидел, что она, закрыв ладошками рот, чтобы не рассмеяться в голос, почти лежала на стойке. До меня стало доходить, что парень разыгрывает какой-то спектакль, и мне в нем отведена некая роль. В это время появились милиционеры, и с удивлением уставились на парня, с трудом поднимающегося с пола, при этом старательно потирающего левую часть лица.