- Это было бы неплохо. Надо подумать, как организовать на законных основаниях предприятие.
- В этом я вам помогу. У меня есть свои связи. Думаю, что месяца мне хватит, чтобы зарегистрировать ему предприятие.
- Но мне не хочется, чтобы он пока знал об этом. Это возможно сделать без его участия?
- Это вполне реально сделать. От Жорки понадобится только генеральная доверенность на мое имя. Остальное я беру на себя. Меня все время мучает вопрос. Почему вы скрываете все это от Жорки. В чем здесь подвох?
- Понимаешь, Паша, Жорка не тот человек, который запросто принимает помощь от друзей. Сам он может помочь даже черту, если тот его попросит, но сам никогда. Мы за эти годы хорошо изучили его характер. Пойми, мы не можем отпустить его в чужой для него мир, без соответствующей помощи. Как ты думаешь, если человек, способный пожертвовать своей жизнью ради своих друзей, он достоин хотя бы такой малости, как материальная помощь? Поверь мне на слово, он пытался подорвать себя и духов в афганских горах, чтобы спасти мою жизнь. Был момент, когда он прикрывал раненного командира от разрыва гранаты. Он тогда чудом выжил, но пришлось много времени лечится в госпитале. Вот такой наш Жорка. Теперь ты понимаешь, что для него мы на все согласны?
- Когда Жорка планирует переехать к нам?
- Думаю, месяц или полтора понадобится на это.
- Почему так долго?
- Командир решил на некоторое время отправить его в командировку, как говорится с глаз долой. За это время мы хотим полностью подготовить его переезд и нужную для него технику. И еще, как я понял, нам понадобится приготовить жилой вагон, а это займет некоторое время. Если он будет путаться у нас под ногами, мы не сможем уговорить его на это. Теперь понятно, почему мы скрываем все от него?
- Теперь я точно понял, что к чему. Думаю, что в будущем я буду действовать так же. Ты лучше скажи, мне действительно нужно раскрутить Жданова на весь этот участок?
- Обязательно раскручивай. Я со временем найду технику, которая сможет распахать эту целину вместе с кустарником.
- Тогда пошли, а то вон наши уже скучать стали.
Когда мы вернулись, Павел, не откладывая дела в долгий ящик, насел на Жданова.
- Петр Сергеевич, а что ты потребуешь от нашего друга за эту развалюху?
Жданов стал мяться, избегая прямого ответа. У него, как и у Паши, уже в голове проснулся коммерсант, и он не знал как поступить, чтобы не прогадать, и при этом не выглядеть в глазах друзей проходимцем. Павел, видя его замешательство, взял все на себя.
- Петр Сергеевич, ты сам сказал, что все это великолепие ломаного гроша не стоит. Прости, но за язык тебя никто не тянул. Поэтому, выступая на правах посредника, я предлагаю тебе для нужд лесхоза «Уазик». Какой именно, тебе Юра скажет.
- Мы можем предложить на выбор. Хотите пассажирский, хотите «буханку», хотите бортовой, а можно просто фермерского исполнения.
- Я согласен на фермерский вариант, - поспешил с ответом Жданов.
- Но за то, что тебе предложили такую высокую цену, да еще на выбор, ты к этому участку отпишешь еще немного землицы. Ну как согласен?
- Будь по-вашему, - нехотя согласился он, - но не рассчитывайте на многое. Я могу вам отдать еще пять гектаров, но это все, на что вы можете рассчитывать.
- Хорошо, считай, что договорились. А теперь, если ты отдашь им в аренду весь полуостров, то взамен получишь еще и ГАЗ-66. Такой вариант устраивает?
По тому, как лицо его озарила довольная улыбка, все поняли, что теперь Жданов на все согласен.
- Я согласен.
- Но это не все.
Услышав эти слова, Жданов чуть не задохнулся. Затем уже тихо спросил:
- А что еще.
- Еще, ты оформишь документы так, чтобы ни один, какой бы он ни был изворотливый адвокат, не смог отсудить твое решение. Это понятно?
- Я ведь тоже не идиот. Мне проблемы не нужны. Все будет согласовано на высшем уровне. Документы оформим как положено. Он будет владеть этим участком на законных основаниях.
Вот так закончились наши переговоры. До обеда мы успели решить неотложные дела, а после обеда выехали домой. При этом Марина смогла приготовить нам продуктов на дорогу, да еще несколько банок с солениями и вареньем в подарок нашим детям. К утру мы были уже дома. Жорке повезло, он как завалился спать, и проспал почти до самого вечера.
Мне такого счастья командир не дал. Уже к одиннадцати часам вызвал меня к себе на доклад. Когда я приехал, в кабинете командира уже собралась вся наша компания. После моего подробного доклада, начались, так сказать, прения сторон. Я не стану вам рассказывать, что там было, и что предлагалось. Скажу одно. Командир долго терпел, но вскоре выгнал всех из кабинета, оставив меня одного. Скажу вам по секрету, это был не просто разговор, это был, пожалуй, форменный допрос. Мне пришлось пересказать все и в мельчайших подробностях. Особое внимание он уделил нашим договоренностям с Павлом и его способности вести дела. Он вникал во все. Не обошел вниманием и мои мысли насчет дальнейшего использования данного участка. Выяснив все, что хотел, он отправил меня покурить с мужиками, приказав через полчаса зайти за указаниями. В назначенное время я был уже в кабинете. Командир, молча протянул мне список, где были перечислены марки машин.