«Ох, Марк! – взмолилась Нора, падая на кровать. – Уже прощай меня скорее и приходи! Или я сама к тебе приду! Извини, гордость!»
Она хотела просто полежать, расслабиться, успокоиться, но сама не заметила, как уснула, и проспала до вечера.
Проснувшись, подосадовала на себя, что в форме в постель завалилась, помяла. Вынула заколки из причёски, ослобонила волосы, мягкие, волнистые, спускающиеся ниже лопаток, принялась расчёсывать.
А на «Каллисто» ходила коротко стриженная, как все солдаты. Только и отличалась причёской от курсантов своих, что чёлку носила, она крылом белой птицы красиво спадала на лоб. И Марк с ума сходил от этой чёлки, клялся Вселенную разрушить за право коснуться её кончиками пальцев.
А она тогда с психа взяла и оттяпала ту чёлку под корень, а ему так жалко было!
Нора перебросила через плечо волосы, достала из кармана армейский складной ножик-трансформер, выхлестнула лезвия ножниц. К чёртовой матери эти космы! Остричься коротко, как было раньше, когда она носила погоны старшего лейтенанта. Она перехватила волосы удобнее у затылка, примерилась.
И успела увидеть в зеркале мрачный взгляд Марка, а в следующую секунду его пальцы перехватили её руку с зажатыми в ней ножницами.
- Нет, ну ничего же не меняется! – сердито воскликнул он. – Потрясающее постоянство! – разжал её руку, отнял ножницы и бросил на пол. – С жиру бесишься? – спросил, хватая её за локти и подтянув к себе.
- А тебе нравится так? – осмелилась спросить Нора.
- Дура! – выдохнул Марк, впиваясь губами в её губы, выплёскивая в этот поцелуй все десять лет бесконечного ожидания, робкой надежды, дерзкой мечты.
Нора рванулась навстречу, крепко обнимая, прижимаясь к нему всем телом, слушая грохот рушившихся оков мучительных сомнений, боли одиночества, сожаления о совершённой ошибке.
Время остановилось, замерло на пике блаженства, и опять, как тогда шуршала, падала к ногам, полицейская форма, и сильные нежные пальцы гладили, ласкали её грудь, и спина ощутила прохладу
тонкой простыни. Лишь на миг успела Нора почувствовать на себе приятную тяжесть крепкого тела Марка.
Как тогда, десять лет назад, рёв сирены, взорвал сладкую тишину, остановив их, не позволив соединиться в единый сверкающий слиток.
Марк отпрянул от Норы, весь, будто сжатая до отказа пружина, замер, тяжело дыша, вслушиваясь.
- Что это было? – процедил сквозь зубы.
- Форма-один, кажется, - прошептала, силясь унять бешено стучащее сердце, Нора.
Рёв сирены повторился, краткий, пронзительный, такой, который ни с каким другим сигналом не перепутаешь.
- Да он чё, охренел, что ли? – Марк резко поднялся. – Прикалывается, думает это смешно?
- Внимание экипажу «Кондора»! – раздался из динамиков голос Луиса. – Пожар в грузотсеке! Пассажирам немедленно сесть на спасательную шлюпку и покинуть судно!
- Интересно девки пляшут! – охнул Марк, хватая свою одежду. – Слышала? – бросил Норе. – Одевайся бегом, хватай Лизку, кустик, и на шлюпку! Отстыковывайтесь и дрейфуйте в зоне видимости!
- Какой пожар, какая отстыковка! – Нора в растерянности взглянула на него. – Да как так, Марк? Всё же нормально было!
- Давай, одевайся быстренько! – он подобрал с пола её простую хлопчатобумажную майку, подал в руки. – Нора! – легонько тряхнул её за плечи. – Не стой, одевайся, каждая минута на счету! Давай быстрее!
- Марк, я никуда с корабля не уйду! – её губы предательски задрожали. – Я один раз уже вот так убежала по сигналу тревоги! На десять лет! Я больше не хочу! Я боюсь, Марк!
- Да ты что, глупая! – он крепко обнял её, отстранил, оглядел, быстро поцеловал в нос, в губы. – Потушим пожар, обратно пристыкуешься! Правила такие, Нора!
- Нет, я никуда не полечу! – закричала она, близкая к истерике. Слёзы хлынули, и, отирая их, и торопливо одеваясь, она пыталась объяснить горячо и сбивчиво. – Так уже было раз! Я больше не хочу тебя терять! Точно высшие силы хотят оттолкнуть нас!
- О, начались религиозные бредни! – закатил глаза Марк. - Высшие силы, бог, дьявол! Смотри на меня! – схватил Нору за плечи и развернул к себе. – Я тебя десять лет люблю, слышишь? И любить не перестану! Ну, надо же мне было тебя немножко помучить, взять хоть какой-то реванш за ту твою выходку! А сейчас я к тебе пришёл не по порыву своих штанов, а по порыву сердца, ясно? Всё! На шлюпку и на отстыковку! – приказал и скрылся за дверью.
В следующей главе экипаж "Кондора" пытается разобраться, что происходит на корабле и что происходит с ними.