— Эй, влюбленные, — голос Марика заставил нас обернуться, — вы заснули у этой фотографии? Тут много и других. Зацените, полюбуйтесь. Я чертов гений.
— Никто в этом и не сомневается, Марик, — усмехнулся Олег, пожимая ему руку. — Нью-Йорк? Почему Нью-Йорк?
— Хотел, лапочки, быть поближе к вам.
— Марик, где Рим и где Нью-Йорк? Ты ничего не перепутал?
— Так это только первый шаг, Тыквочка. Иду медленно, но верно.
— Первый шаг, да? — улыбнулась я, поглядывая на Марика. — Ты как всегда, полон сюрпризов.
— Конечно, — ухмыльнулся он, искрясь своей обычной энергией. — Ты ведь знаешь меня, Лив. Я не останавливаюсь на достигнутом. Нью-Йорк, Париж, Милан. Дальше — только вперёд. А ты, Олег, — он подмигнул ему, — не расслабляйся. Лив — моя главная муза, и я не дам тебе её забрать полностью.
Олег усмехнулся, обняв меня крепче.
— Ничего, Марик, будем делить. Я согласен делиться её вдохновением, пока ты не будешь забывать, что она моя.
Марик только покачал головой, с видимым удовольствием наблюдая за нашей перепалкой.
— Всё, всё, — сказал он, поднимая руки в примирительном жесте. — Я же сказал, что не собираюсь вас разлучать. Наоборот, хочу, чтобы вы были счастливы. Но, знаете, эти выставки, фотографии, интервью — это всё тоже важно. Потому что ваша история вдохновляет не только меня, но и многих других. А такие истории, они должны быть видимыми, должны звучать.
— Марик, — сказала я мягко, улыбаясь, — ты всегда умел придать смысл всему, что делаешь. И, знаешь, я благодарна тебе за это. За то, что ты был рядом, за то, что показываешь нашу историю через свои фотографии.
Он кивнул, в его глазах на мгновение мелькнула благодарность.
— Я просто хочу, чтобы вы знали, — сказал он тихо, — ваша любовь, ваша борьба — это нечто большее, чем просто отношения. Это что-то, что вдохновляет, что даёт надежду. И, Лив, Олег, — он слегка нахмурился, — вы знаете, что я не сентиментальный тип, но… я горжусь вами. Очень горжусь.
Он демонстративно смахнул слезу. Она-то как раз была настоящей.
— Ой, тыковка, а где мой маленький огуречек?
— Марик, я думала она с тобой? — я вздрогнула и посмотрела на Олега.
— Она была со мной, но сказала, что пошла к вам.
— Марик, я тебя убью, нянь хренов!
— Рысенок, спокойно, куда она могла деться — тут кругом охрана и люди, — успокаивающе обнял меня Олег, но его глаза зорко бегали по залу, отыскивая маленькую фигурку.
Но я не могла успокоиться. Сердце сжалось в комок, в голове крутились тревожные мысли.
— Марик, это ведь огромный музей! — я уже пыталась нащупать в кармане телефон, чтобы позвонить. — Здесь тысячи людей, а Ева такая маленькая. Если она…
— Лив, — Олег осторожно взял меня за руку, его голос был спокойным, но я чувствовала напряжение в каждом его слове. — Она найдётся. Сейчас найдем.
Он вытащил телефон и начал отдавать команды. Марик, слегка побледнев, прикусил губу и начал всматриваться в толпу гостей, словно пытаясь высмотреть там маленькую фигуру.
— Мама, — услышала я за спиной.
Развернулась и подхватила дочку на руки, прижимая к себе.
— Ева, — выдохнул Олег, обнимая нас обеих.
Дочка смотрела на нас своими зелеными глазищами и не знала, к кому потянуться первому. Поразмыслив, как истинная женщина, повисла на папе.
Олег с облегчением и радостью прижал её к себе, глядя на меня поверх её головы. Я видела в его глазах столько любви и тепла, что все мои страхи и тревоги начали отступать.
— Ну что, наша маленькая исследовательница, — сказал он с улыбкой, целуя её в лоб, — куда ты успела убежать на этот раз?
— Я не убегала, папа! — возразила Ева, серьёзно смотря ему в глаза. — Я просто хотела посмотреть на картинки. Там такая большая картина с тигром! Он очень красивый, папа, ты видел его? Он на тебя похож — огромный и сильный.
Олег с улыбкой покачал головой.
— Я видел, как мама переживает за тебя, — сказал он мягко, глядя на меня с теплотой. — И в следующий раз, Ева, когда захочешь куда-то пойти, скажи нам, хорошо?
Ева кивнула, обнимая его за шею, и повернулась ко мне.
— Прости, мам, — прошептала она, слегка виновато, — я больше так не буду.
— Знаю, солнышко, знаю, — я погладила ее по прядям цвета бледного золота.
— Ох, огуречек, у дяди Марика будет припадок с тобой!
Ева рассмеялась и, не отпуская шеи Олега, протянула руку к Марику.
— Дядя Марик, ты тоже большой и сильный, только не рычишь, — сказала она, хитро прищурившись. — Но если хочешь, могу научить!