— Мисс Матей, вы принесли целую волчью голову в школу?! Через все коридоры?
Сириэль недовольно повела бровью — на неё крайне редко повышали голос. В основном этим страдал Каркаров, который пытался в мотивацию. По факту просто срывался, когда у неё за пару-тройку тренировок не получалось овладеть заклинанием из программы на два курса старше: «Я же так умел, так почему тебе требуется столько времени?!»
Больше так не хотелось.
— Сбавьте тон, — Снейп выпучил глаза, но Сириэль уже продолжала как ни в чём не бывало, приближаясь к рабочему столу. — Не могла же я посреди леса без необходимых инструментов расколоть череп, при этом не повредив мозг, и так же невредимым пронести его через горы и порталы несколько часов кряду, — Указала на холщовую ткань мешка с багровыми разводами: — А так он в безопасности и оставил меньше грязи.
Снейп поспешил её опередить — загородил собой доступ к столу, заставленному бесцветными склянками различных форм и размеров. Охотница остановилась. Вздохнула и поправила упавшую на лицо прядь, выбившуюся из низкого хвоста. Уставилась на профессора. Тот сглотнул и кивнул в сторону, на другой стол, спрятавшийся в углу за шкафом.
Сменив курс, Сириэль опустила тяжёлую ношу на более свободную деревянную поверхность, затёртую до матового блеска.
— Подайте молоток и зубило, пожалуйста.
Быстро прошуршав по нескольким ящикам, Снейп вытащил необходимое и молча передал, задержав взгляд на её грязных руках, развязывающих узел мешковины. Вместе с упавшей тканью в комнату проник металлический запах, окаймлённый горной свежестью остужающего заклинания, наложенного для сохранности.
— В любом случае идея была идиотская, — выпалил он то, что явно рвалось наружу.
— Это спор ни о чём. Башка была в мешке, в чём проблема? — Послышались первые глухие поскрипывающие по кости удары, чавкающий звук рвущейся кожи и редкое недовольное фырканье. — Плошку, тарелку — что-нибудь, — попросила Сириэль, держа заляпанные в липких телесных жидкостях руки над раскрытым черепом, где уже хорошо был виден серо-розоватый орган.
— Ваш мешок буквально принял форму отрубленной головы, — Снейп подошёл с широкой деревянной чашей, поднёс к краю стола, куда Сириэль указала ногтем с забившейся под него слипшейся шерстью. — Возможно, в ваших диких краях нормально хвастать зверской традицией вешать на стены трупы убитых животных… — Пока он придерживал чашу и ворчал, Сириэль перехватила волчью голову поудобнее и перевернула, чтобы вывалить необходимое содержимое. — …Но в нашем цивилизованном обществе вы не должны выставлять для похвалы варварскую отвагу лишения животного его законно нажитой головы. Добыча ингредиентов должна стать для вас самоцелью… — Отстав от внутренней поверхности черепной коробки, мозг тяжело шлёпнулся в чашу, хлюпнув. — …А не выгодным последствием удовлетворения низменных инстинктов, которые, казалось бы, должны были остаться в глубокой древности.
Положив голову и остатки черепушки в центр ткани, Сириэль снова перевязала края, соорудив первоначальный мешок, взвесила его в руке — прилично полегчал. Утерев пот со лба, оставила на коже кровавый росчерк.
Снейп слегка нахмурился, указал пальцем себе на лоб, глядя ей в глаза.
— М? — намёк был ей непонятен.
— Пятно.
Сириэль глянула в небольшое замусоленное старыми разводами от брызг зеркало, подвешенное над раковиной. Действительно, кровь.
— Вы, профессор, очень интересно рассуждаете, — культурно выразила полное несогласие. — Но раз всё так чудесно в современности и варвары остались в прошлом, отчего же я ни разу не встречала зельеваров в лесу? Что же вы не собираете ингредиенты животного происхождения сами? Раз уж это можно превратить в сугубо хирургический процесс, без эмоций и страсти к убийству. — Сириэль вымыла руки и тщательно очистила лицо, чтобы её внешний вид дотерпел до ванной в её личной спальне.
— Можно убивать и без страсти, — очень холодно, но тихо возразил Снейп, отворачиваясь от неё к безделью своего стола. Лишь переложил перо с одного места на другое.
— Можно. Но в таком раскладе никто не сделает это своей основной профессией, — ещё раз осмотрев свой здоровый и, что главное, чистый румянец, Сириэль бросила короткий взгляд на притихшего Снейпа. — По своему желанию, — выдохнула она так, будто лишь не успела договорить ранее обдумываемое, а не быстро нашлась, приметив мрачные изменения в его лице.