Долгая минута, но для такого вопроса Сириэль выделила целую пропасть терпения.
— Завтра получите ключ. У вас три дня, — отрапортовал Снейп и отвернулся, всем видом показывая, что пересматривать и так щедрое предложение не намерен.
Благодарить Сириэль не стала, благоразумно оставив его любимую тишину нетронутой.
К девяти часам вечера ей пришёл ответ от отца с советом копать под весь этот Британский цирк всеми представившимися способами. И преисполненная гордости за развивающееся чутьё Сириэль отыскала профессора ЗОТИ в кабинете истории магии. Вместе с Поттером.
Профессор как раз захлопнул сундук с дементором, которого ученик запихнул туда прекрасным щитом из Патронуса. Брови Сириэль непроизвольно дёрнулись в удивлении — такая сложная магия была освоена тринадцатилеткой меньше, чем за месяц. Сириэль это заклинание смогла выдать только в восемнадцать, спустя три месяца тренировок, на которых настоял директор для лучших подопечных. Что забавно — учил их не он, а профессор, преподававшая Тёмную магию.
Сириэль проследила, как Поттер попрощался с Люпином и вышел. В отличие от прошлого раза, когда мальчик из кабинета выползал весь бледный и потный, сейчас они друг с другом поздоровались.
Про себя она нарекла его номинальным смертником. Если подозрения всех вокруг окажутся не беспочвенными, то Патронус не поможет Поттеру против Блэка.
— Если вы хотели справиться о моём здоровье, то мне стало значительно легче. Спасибо за зелье, — кивнул Люпин.
Сириэль приметила, что встречу он хотел закончить побыстрее. Но теперь уже так просто не отвертится — у неё была цель.
— Счастлива слышать, — отбрыкнулась вежливостью, поддерживая иллюзию заинтересованности его состоянием. — Тогда вы сможете без физического стеснения ответить мне на пару вопросов.
Послышался тяжёлый вздох. Люпин обернулся к сундуку на столе, бесцельно проверяя плотные кожаные ремни, удерживающие его закрытым.
— Итак, вы дружили с Блэком, — в лоб начала Сириэль, при первом шаге в сторону профессора занеся руки за спину, она нацепила на лицо демонстративную расслабленность.
— Да, но наши дороги давно разошлись. — Люпину тема явно не нравилась, и уже болезненные воспоминания, а не химические ожоги тормозили слова. Но он всё равно пытался звучать решительно и строго, в надежде вежливо отгородиться. Сириэль слишком часто сталкивалась с такой тактикой, чтобы не узнать оттенки интонаций.
— Если вы беспокоитесь о репутации из-за связи с преступником, то меня это вовсе не волнует. И дискредитировать вас я намерения не имею.
Её саму преступник воспитывал последние пять лет школы, манипулировать чем-то аналогичным перед общественностью было бы двулично и бессмысленно.
Сделав ещё несколько шагов в сторону Люпина, она заметила, как он тяжело дышал. Он резко подтянул к себе заклинанием сундук и подхватил левитационными чарами. Избегал взгляда.
— Я не из-за репутации хотел бы закончить разговор. И не то, что б у меня была какая-то репутация, которую можно разрушить.
Люпин двинулся в сторону выхода. Подскочив к нему, Сириэль последовала за ним, не отставая.
— Насколько резко произошла перемена в Блэке перед его предательством? У него с Поттерами был конфликт? — напором напомнила себе журналистку. И резкий взгляд Люпина подтверждал глобальность уровня хамства, который Сириэль лишь подозревала в себе.
Шли в его кабинет молча, коридор не был подходящим местом для подобных разговоров, но Сириэль видела на лице спутника мыслительную работу.
В кабинете он запрятал сундук в шкаф, наложив поверх защитные чары от случайного открытия посторонними руками. Сириэль уселась на стул, с которого сегодня утром улизнула. Люпину ничего не оставалось, кроме как занять своё кресло и предложить чай. Тянул время как мог, Сириэль не отказала ему во времени или чае.
Тишину скрасил звук закипевшего чайника, звон чашечек, шорох сахарного песка и листьев.
— Не могу вспомнить события такой давности.
Сириэль красноречивым взглядом обрушила на него вопрос: «И это лучшее, что ты смог придумать?»
Люпин уставился в чашку, задержавшуюся у рта. В ярко-жёлтом освещении масляной лампы его лицо казалось угрожающе помолодевшим.
Всего пара бесконечных секунд отделяла от тайны безумия Блэка. Не просто так же она поступилась принципами и второй раз за день села чаёвничать с оборотнем? Точно не чтобы уйти с пустыми руками.