Ремус хранил тайны, погребённые под чувствами, которые хорошо было бы для пользы делу отбросить.
— Ну, во-первых, в картине, которую он разодрал, был псиный коготь. Во-вторых, я находила именно псиную шерсть, а других собак в Хогвартсе, насколько я знаю, нет. В-третьих, анимагия помогает избегать влияния дементоров. В-четвёртых, он напал на башню в Хэллоуин…
— Причем здесь это? — ещё мрачнее спросил Ремус, разжигая в Сириэль азарт спорщицы.
— Начнём с того, что мандрагора, используемая при превращении в анимага, — прекрасный духовный проводник. А анимагия, связывая человека с миром зверей, заставляет на подсознательном уровне улавливать колебания общего… — Сириэль причавкнула, пытаясь сложить знания в импровизированную лекцию, — магического фона сообщества волшебных тварей. Ночь тридцать первого октября считается моментом, когда открываются двери между миром мёртвых и живых. Ты знаешь про тульп? — резко остановилась и повернулась к Ремусу.
Он тоже остановился посреди тропинки, уводящей к домику Хагрида. Пары секунд ему хватило.
— Существо, созданное и существующее благодаря коллективной вере в него, — кивнул, и они продолжили прогулку.
Темнота неба на востоке обнажала маленькие, как остриё иголок, звёзды. Воздух остывал ночной прохладой весеннего леса, оживающего и трепещущего перед южными ветрами.
— Вот этот же принцип действует и с календарём. Огромное количество людей верит — в ночь Саймана точно случится что-то плохое, связанное с монстрами и тому подобным. И так магические существа тянутся к этим мыслям, к волшебникам. Наша ментальная составляющая мощнее, чем у магглов, — Сириэль постучала пальцем по виску и блеснула полуулыбкой. — И это даже не расизм.
Ремус неловко улыбнулся в ответ.
— Читал эту теорию довольно давно, тогда слабо верилось… Но, когда такое говорит ведьмак… — он воздохнул, заведя руки за спину. — А чем закончишь?
— Более рациональным — тридцать первого октября погибли Поттеры. Убил их Блэк или нет — неважно, в любом случае дата памятная.
Ремус помрачнел. Отвернул голову к озеру, к которому они подходили. Холодное зеркало отражало пастельный переход от бледно-голубого к ванильному и кровавой границей очерчивало горизонт с бесконечно медленно тонущим светилом. Ребристыми зубьями впивались в береговую линию отражения мрачных деревьев, на гальке обмёрзли подтаявшие за день остатки снега, а ветер задувал в воротник предчувствие тёплой поры.
Тройка дементоров вереницей медленно плыла над поверхностью воды. Обрывки потусторонних одежд рваными хвостами вились следом по их замогильному ветру.
Ремус запахнулся плотнее в худое пальто, приподнял ворот, отгораживаясь от весеннего духа, приносящего настырное облегчение. Сириэль следила за его покрасневшими пальцами, крепко вцепившимися во фланелевую ткань. Хорошо знакомый жест был призван скрыть дрожь эмоций, трепет.
«Если Сириус был его другом, если они правда дружили всей компанией, то эта дата могла быть памятной не только для него», — позднее осознание потёрлось о совесть ежовым боком.
— Ты можешь рассказать что-то полезное о Блэке? — спросила, отталкивая мысль, что это может и скорее всего будет болезненно.
Ремус сморщил нос как от неприятного запаха.
— Знание не помогло тогда, не поможет и сейчас, — хрипло отрезал он и, обогнув Сириэль, двинулся дальше по тропинке, спускающейся к берегу и после ведущей к дороге от Хогвартса в Хогсмид. — Не говоря уж о том, что он мог сильно измениться в Азкабане за эти двенадцать лет, — дополнил он тише, но уже ровнее.
Поспешив поравняться с ним, Сириэль побрела по прилипшей к земле вялой траве.
— Навряд ли «сильно», ведь на анимагов дементоры не имеют воздействия.
— Пусть не имеют, но срок, который свободолюбивый человек провёл в четырёх стенах, всё равно… Это очень много… — хмурое лицо похоронило решительную мысль. Ремус поднял взгляд перед собой. — Я помогу тебе поймать его.
— Блеск! — легко приняла она настрой, выросший, кажется, из жажды мести. — Тогда увидимся сегодня в полночь в Хогсмиде. Гостиница «Штопаный плед». Сниму там чердачную комнату.
— Почему там? — удивился он, чуть отшатнувшись.
— Если оборотное зелье сработает верно, неприкольно будет бегать в облике Блэка по замку, напичканному портретами. Да и Снейп, если увидит, убьёт меня на месте. Лучше начать сразу в Хогсмиде.
Ремус кивнул, и они свернули в сторону замка.
Тишина приятно обволакивала отсутствием необходимости говорить. Сириэль ощущала спокойствие рядом с оборотнем и находила это забавным опытом, которому в скором времени и к счастью придёт конец. Испытание своей терпимости столь длительное время обременяло.