Толком не разобрав услышанного, Сириэль наклонилась за ним, опираясь на стол.
Заметив преследование, он выпрямился.
— Что сказал Дамблдор? Мне не нужно к нему заходить? — решив не переспрашивать невнятный выброс подсознания, Сириэль задала более насущные вопросы.
— Посетовал на неудачу в своей пространно философской манере и пожелал удачи для следующей твоей попытки. Он уверен, что ты прикипела к местным легендам. Можешь обсудить с ним это, но в общем он не просил тебя заходить.
— Прям уж прикипела, — фыркнула Сириэль, отстраняясь и скрещивая руки на груди. — И «легенды» — это он вообще про что? Про Сириуса Блэка? Он, конечно, молодцом, но легендой я бы его не назвала.
Ремус несдержанно прыснул. Тяжело выдохнул, успокоившись.
— А как Северус? Злится на тебя?
— Похоже, уже не особо. Прихвастнула тем, что полоснула Блэка по мордахе, он и растаял.
Ремус рассмеялся уже открыто.
Глава 5. Штурм
Теплеющим апрелем вместе с Ремусом Сириэль проводила Хагрида с Клювокрылом до «Ночного рыцаря» в Хогсмиде. В Лондоне должно было состояться слушание дела Клювокрыла против Комиссии по обезвреживанию опасных существ. Через силу и практически из-под палки Ремуса Сириэль пожелала лесничему удачи. Она и провожать-то не планировала, но случайно проболталась на одной из прогулок. Будь они неладны…
На обратном пути повозмущалась Ремусу на то, что поход в деревню для школьников так и не отменили, хотя Блэк наверняка был где-то в Запретном лесу. Хотя степень его опасности ставилась под вопрос — Поттер рассекал на подаренной метле без каких-либо последствий.
Настроение в целом было ни к чёрту — вчера Снейп заставил вылить верно приготовленное зелье, потому что из-за цвета ему оно показалось испорченным, хотя Сириэль просто воспользовалась своим ещё школьным улучшенным рецептом. Даже не проверил.
Сильно спорить не стала, понимая, что это лишь результат подорванного доверия. Благо свой сарказм в её сторону он всё же придерживал. Сильнее на учениках из-за этого отыгрался. Ну, это их проблемы.
Вскоре стало известно, что Клювокрыла казнят. Возвращаясь с двухдневной охоты, Сириэль застала Хагрида сморкающимся в огромный платок, пока Ремус поглаживал его по плечу.
Вердикт неудивителен — гиппогрифы опасны, это факт. Никто не может знать, что в голове у зверя. Но Сириэль не взялась в очередной раз поднимать эту тему. Как ей однажды сказали: «Правда никому не нужна».
Чувствуя отчуждение от местной культуры, Сириэль быстро покинула хижину, оставив эмпатию на более отзывчивую совесть Ремуса.
Апрель и пасхальные каникулы миновали, оставив в памяти очередной идиотский прикол близнецов Уизли (натравили Пивза, которого Сириэль не могла убить, школьное имущество же по сути) и горы лабораторной работы. Лишь немного радовали вечерние прогулки с Ремусом (молчаливые по большей части) и редкие вылазки в лес дня на два-три. И то несильно походило на выходные — с зельем Пса, улучшающим обоняние, Сириэль методично обследовала Запретный лес. Где-то же Блэк должен был перебиваться едой и кровом.
Но, конечно, проще найти иглу в стоге сена. Она бы хоть в одном месте лежала.
В коридорах Хогвартса становилось тесно. Слизеринцев и гриффиндорцев поглотили междоусобицы — нарастало напряжение перед последним в учебном году матчем по квиддичу.
Сириэль пару раз не везло, спотыкалась о брыкающихся на полу младшекурсников. Разнимательством не занималась, пусть хоть перебьют друг друга — всё это только раздражало.
О том, что, вроде как, был договор защищать гриффиндорцев, Сириэль старалась не думать. Следила за газетами, разговаривала с жителями Хогсмида, делала обход всей школы. Старые проходы завалила «Бомбардами».
Каким-то ужасным способом, вероятно, включающим в себя манипуляции, Ремус заманил Сириэль на финальную игру за Кубок по квиддичу.
Шум стоял неимоверный. Гриффиндорцы с ума посходили от волнения и яростного желания завоевать победу. Поддержка для алого факультета заметно превалировала над болельщиками Слизерина, в лице которых были исключительно они сами. Но со Снейпа не сходила надменная ухмылка.
Из всех игроков слизеринцев узнала только тёмноволосого парня, который оказался капитаном команды. С ним же она ехала в поезде, он же вытворял какую-то огненную ерунду с плащом пуффендуйского любимчика, Диггори, ещё в самом начале учебного года. Ему же она потом давала подсказки на отработке в кабинете Снейпа.
Надо признать, что справлялся он неплохо. Особенно впечатлило, как он с разбитым в кровь носом отрабатывал пенальти. Единственный раз, когда в Сириэль, поперёк тоске команде Дурмстранга, на секунду проснулся соревновательный дух, болеющий за самого массивного игрока. Маркус Флинт.