Было бы наивно полагать, что открытие законов диалектики означает познание всего присущего им содержания. Это можно в известной мере сказать об открытии специфического закона определенного процесса, качественная определенность которого уже установлена. Но этого, конечно, нельзя сказать об абсолютных законах движения, развития природы, общества, познания, область которых не ограничена как в количественном, так и в качественном отношениях. Последнюю сторону следует особенно подчеркнуть, так как она указывает на неизбежность обнаружения нового, неизвестного, непознанного.
Всеобщность, как это видно из предшествующего изложения, имеет количественную и качественную характеристики. Закон всемирного тяготения, по-видимому, относится ко всем галактикам, метагалактикам и т.д. Но его определенность как известного количественного отношения между телами остается неизменной, поскольку именно эта количественная определенность и составляет содержание данного закона. Всеобщность законов диалектики существенно отлична. Неограниченные в качественном отношении, как об этом уже говорилось выше, они обладают вместе с тем как законы природы, законы социального процесса, законы познания качественной определенностью. Их сущностное тождество заключает в себе существенное различие. И в рамках каждой из этих областей законы диалектики многообразны.
Маркс показывает в «Капитале» многообразие диалектических противоречий. Энгельс указывал на то, что превращение количественных изменений в качественные, отрицание и отрицание отрицания совершаются в разных условиях по-разному. Не существует, следовательно, единообразной схемы действия законов диалектики. Их всеобщность и многообразие диалектических процессов неотделимы друг от друга. Поэтому любая абсолютизация наличного уровня познания законов диалектики (всеобщности диалектических процессов) была бы отступлением от диалектического миропонимания, уступкой метафизическому способу мышления.
Таким образом, познание, исследование как объективной, так и субъективной диалектики – постоянно совершающийся поступательный процесс, основой которого являются достижения познания и общественной практики во всех областях человеческой деятельности. И благодаря этому диалектический материализм выполняет интегрирующую функцию в развитии всего научного знания. Единство мира не абстракция, а объективно-реальное, которое ни в малейшей мере не ставится под вопрос существованием относительно независимых друг от друга наук. Разделение труда в сфере научного исследования, так же как разделение труда в общественном производстве, оказывается при ближайшем рассмотрении необходимой и плодотворной формой связи, взаимозависимости, взаимодействия всех участников процесса познания, как и участников процесса производства. Осознание этого единства и все более глубокое его понимание – одно из важнейших условий творческого развития марксистско-ленинской философии. С этой точки зрения должно быть осмыслено то великое единство, единое целое, которое образуют законы диалектики и законы каждой отдельной области научного исследования.
48. 1983 № 7 (стр. 72 – 85).
Проблема культуры в философии марксизма
В эпоху развитого социализма, создающего в процессе совершенствования нового общественного строя материальную основу для постепенного перехода к коммунизму, проблемы культуры, задачи обеспечения всестороннего культурного прогресса приобретают первостепенное, по существу ключевое значение. Можно сказать даже больше: развитие культуры и создание производительных сил коммунистического общества образуют две стороны единого, свободного от антагонистических противоречий, всестороннего социального прогресса. Наши успехи (не только производственные, но и социальные) во всевозрастающей степени зависят от роста, повышения культуры производства, политической и нравственной культуры членов социалистического общества. Такая постановка вопроса может показаться абсолютизацией действительного значения культуры. Кое-кто, возможно, подумает, что характеристика культуры как важнейшего резерва развития социалистического производства противоречит материалистическому пониманию истории, согласно которому развитие культуры в конечном счете определяется развитием материального производства. Однако уровень последнего неотделим от исторически определенной культуры производства, которая неразрывно связана с другими формами культуры – личной, общественной, в частности политической, государственной и т.д.