Итак, необходимо покончить с догматическим (по существу, бюрократическим) отношением и к теории, и к практике. Наша теория не догма, а руководство к действию, говорили основоположники марксизма, и В.И. Ленин неустанно подчеркивал значение этого принципа, радикально отличающего философию марксизма от всех предшествующих философских учений. XXVII съезд КПСС подверг суровой критике негодную практику затратной технологии, практику экстенсивного хозяйствования, бюрократическую практику подмены экономических методов управления администрированием. Мы изучаем, осмысливаем документы съезда и последующих пленумов ЦК КПСС, разъясняем в наших докладах и других выступлениях их выдающееся значение. Но жизнь, перестройка, осуществляемая в нашем обществе, требует большего. Пора бы уже, не страшась догматических обвинений в «отсебятине» (слово это впечатляюще характеризует догматический настрой, десятилетиями господствовавший в нашей среде), перейти к творческой, исследовательской работе, которая ведет к новым философским выводам. Мы, например, разъясняем в наших работах, что практика – основа познания, критерий истины. Однако такое общее утверждение является на деле лишь абстрактной истиной, которая, как доказал еще Гегель, не есть конкретная, действительная истина. Практика ведь не остается неизменной, она развивается, преобразуется. Практика практике рознь; всякая бывает практика. И та практика, которая в свое время была основой определенного познавательного процесса, критерием истинности определенных научных выводов, утрачивает в ходе последующего развития свое гносеологическое значение. Необходимо, следовательно, конкретизировать вышеуказанную азбучную истину диалектического материализма путем типологического исследования практики, исследования ее развития, борьбы между новым, прогрессивным и старым, консервативным также и в этой области.
Естествоиспытатели критически анализируют практику инструментальных наблюдений и экспериментов, показывая, что эта практически познавательная деятельность далеко не свободна от заблуждений. История астрономии свидетельствует о том, что практика астрономических наблюдений в течение веков, казалось, подтверждала геоцентрическую гипотезу, и величие Николая Коперника заключается, в частности, в том, что он вступил в конфликт с этой освященной христианской церковью практикой. Известно, что практика в начале свидетельствовала скорее в пользу Птолемея, чем Коперника. Практическое доказательство истинности гелиоцентрической системы было получено лишь в XIX в. Не надо, следовательно, абсолютизировать практику, даже самую передовую. В.И. Ленин специально предупреждал против абсолютизации практики в «Материализме и эмпириокритицизме».
Гносеологическое значение практики не может быть правильно понято без учета диалектического взаимодействия теории и практической деятельности. На эту важнейшую сторону дела обратил наше внимание М.С. Горбачев в своем выступлении на Всесоюзном совещании заведующих кафедрами общественных наук. «Нельзя отрывать теоретические задачи от задач практических, но нельзя и подменять теорию простой регистрацией фактов. Теория должна опережать практику, брать явления шире, смотреть глубже, видеть „то, что временем сокрыто“».
Не следует забывать о том, что теоретическое познание создает предпосылки для новых форм практической деятельности. Это относится не только к естествознанию, но и к наукам об обществе. Социализм возник первоначально как научная теория, а затем благодаря соединению с рабочим движением превратился в практику социалистического движения, которое привело к Великой Октябрьской революции, к практике социалистического строительства в СССР и ряде других стран.
Исходя из диалектического взаимодействия теории и практики, рассматривая их в развитии, которое закономерно включает в себя конкретное отрицание своих исторически изживших форм, необходимо критически проанализировать некоторые догматические представления, которые и по сей день бытуют не только в нашей науке, но и в практической деятельности. На одной из таких теоретических (и практических) догм я хочу специально остановиться, так как она является, по моему глубокому убеждению, одной из все еще не раскрытых, не выясненных причин замедления темпов социально-экономического (и научно-технического) прогресса в нашей стране. Речь идет о тезисе, который в течение многих лет обосновывается философами, экономистами, специалистами по научному коммунизму: темпы социально-экономического прогресса определяются преимущественным развитием производства средств производства по сравнению с производством средств потребления. При этом ссылаются на К. Маркса, который характеризовал капитализм как производство ради производства и этим объяснял небывалое, по сравнению с предшествующими формациями, ускоренное развитие производительных сил в буржуазном обществе. Ссылаются и на В.И. Ленина, который неоднократно подчеркивал, что высшим критерием общественного прогресса являются интересы развития производительных сил. При этом, однако, умалчивают о том, что главной производительной силой Ленин, как и Маркс, считал человека, трудящийся народ.