Принципиально важно разграничить индивидуальный, так сказать, личный успех, достигаемый тем или иным человеком в своих собственных, не имеющих сплошь и рядом отношения к познанию делах, и общественную практику, осуществляющую социально значимые цели. Исторический материализм разграничивает общественное сознание и сознание индивидуальное, несмотря на то, что последнее также носит общественный характер. Аналогичное разграничение необходимо и в сфере практической деятельности. Столь же существенно решительное противопоставление материалистического понимания успеха как закономерного результата общественной практики, оснащенной знанием процессов, которыми она овладевает, тому субъективистскому, идеалистическому воззрению, которое ограничивает понятие успеха достижением личной цели. То обстоятельство, что некоторые индивиды добиваются успеха вследствие случайных обстоятельств или причин, не имеющих отношения к познанию и даже практической деятельности, убедительно говорит о том, что критерием истины может быть не сам по себе успех, а только общественная практика, успешные результаты которой органически связаны со знанием.
Термин «успех», постоянно применяемый в обыденной жизни, далеко не отличается той определенностью содержания, которая необходима для научного понятия, в особенности для такого, как практика, поскольку она выступает как критерий истины. Можно привести неограниченное количество примеров, когда деятельность, не увенчавшаяся успехом, выполняет свою функцию критерия истины. Так, геологи, руководствуясь определенной гипотезой, проводят свои исследования в определенном районе с целью найти месторождения нефти. Допустим, их поиски не увенчались успехом. Однако совершенно очевидно, что этот неуспех практически доказал отсутствие нефти в данном районе. Можно, следовательно, сказать, что они успешно исследовали данную местность, тем более что, не найдя нефти, они могли, конечно, обнаружить некоторые другие природные соединения, которые необходимы для производства. Таким образом, практическая деятельность, поскольку она руководствуется правильным пониманием объективных процессов, на которые она направлена, становится не только успешной деятельностью, но и критерием истинности тех представлений, с помощью которых она решает свои задачи. Само собой разумеется, что для этого необходима критическая оценка достигнутого, выявление теневых его сторон и возможных (или уже наличествующих) негативных последствий. Такого рода анализ успешного претворения истинного знания позволяет с большей или меньшей определенностью установить границы объективной истины, которая может быть подтверждена или даже установлена в рамках данного практического действия.
Следует также иметь в виду, что люди достигали практического успеха, не имея представления о законах природы, которые они попользовали, знали только некоторые, доступные повседневному опыту внешние проявления этих законов. Так, уже в древности люди использовали процессы брожения для приготовления молочно-кислых продуктов, сыров, вина, не имея, конечно, никакого представления о химической сущности этих процессов или о тех микроорганизмах, которые их вызывают. Наряду с этой первобытной биотехнологией существовали и первобытная химия, агробиология, металлургия, судостроение и т.д., хотя первобытные люди, конечно, не знали законов, обусловливающих процессы, вызываемые их производственной деятельностью. Следовательно, те внешние проявления законов природы, которыми они руководствовались, не следует считать чем-то несущественным: сущность является, обнаруживается внешним образом. Примитивные, но по существу правильные представления, которыми руководствовались первобытные люди, и технологический уровень тогдашнего производства вполне соответствовали друг другу. Ограниченная практика доказывала ограниченную истинность этих представлений. Следовательно, повседневный опыт, проверенный многократным повторением, также является проверкой истинности возникающих на его основе представлений, т.е. выполняет функцию критерия истины.
Было бы наивно полагать, что современная практика, органически связанная с научным знанием, руководствуется одним только знанием закономерностей. Переход от незнания к знанию, от одного знания к другому, более глубокому, заблуждения, иллюзии и их преодоление – все это характеризует не только прошлое человечества, но и современное развитие науки и практики.