Не в лучшем положении оказались и другие участники дискуссии. Так, председательствовавший на заседании секции проф. А. Антрев указал на то, что термин «элита», употребляемый в согласии со своим прямым этимологическим смыслом, носит ценностный, а не научный характер. Настаивая на необходимости освободить это понятие от всяких ценностных определений, связанных с морализирующим пониманием общества, А. Антрев, однако, не смог указать, какое же объективное содержание должно вкладываться в это понятие, как освободить его от содержащегося в нем субъективизма. Проф. Пеннати в своем выступлении в основном присоединился к распространенному буржуазному определению элиты как квалифицированного меньшинства. И тут же он заявил, что «понятие элиты должно быть, как правило, свободным от всех ценностных квалификаций». Аналогичный характер носила точка зрения и других буржуазных социологов, участвовавших в дискуссии. Все они в большей или меньшей мере говорили о неопределенности термина «политическая элита», не указывая, впрочем, на основной порок этого термина, который сводится, в сущности, к отказу от научного понятия класса, к замене социально-экономической характеристики государственной власти поверхностным, «техническим» описанием ее организационной структуры и функций. И что также весьма характерно – никто из социологов, отмечавших неудовлетворительность понятия «элита», не призывал к отказу от этого явно ненаучного понятия.
Выступившие на этой дискуссии А.Ф. Шишкин и Ю.Н. Семенов (СССР) подвергли основательному критическому анализу идеалистическое представление о «правящей элите», показав, что только научное понимание классовой структуры общества и реальных экономических предпосылок политического господства одного класса над другим позволяет понять содержание, характер, направление деятельности правящих кругов, руководителей политических партий, высших правительственных чиновников, ведущих военных деятелей и т.д. Не отрицая относительной самостоятельности политических группировок и их лидеров, марксизм-ленинизм подчеркивает, что в конечном счете эти группировки и возглавляющие их деятели выражают интересы определенных классов в определенной конкретно-исторической ситуации. Всякая попытка изолировать правящие крути общества и, в частности, государственный аппарат от существующего в обществе социально-экономического строя и присущей ему классовой структуры научно несостоятельна и направлена не на открытие истины, а скорее на ее затушевывание.
Таким образом, дискуссия об «элите», как и все дискуссии, организованные сторонниками так называемой политической социологии, вопреки замыслам некоторых «критиков» марксизма-ленинизма не привела к результатам, на которые рассчитывали эти «критики». Противники марксизма-ленинизма не только не смогли нанести ущерба научной социалистической идеологии, они не смогли также противопоставить марксистско-ленинской социологии сколько-нибудь убедительные собственные социологические концепции. Это в известной мере признавали и некоторые из буржуазных социологов.
Изложение основных положений марксистско-ленинского учения об обществе, опровержение буржуазных предрассудков относительно исторического материализма, критика основных положений современной буржуазной социологии – вся эта работа, проведенная социологами-марксистами, несомненно, явилась одним из существеннейших итогов IV Всемирного социологического конгресса.
На всех заседаниях конгресса выступления социологов-марксистов выслушивались, как правило, с большим интересом, а после таких выступлений многие из социологов капиталистических стран обращались к представителям марксистско-ленинской социологии, выражая живейший интерес к их точке зрения и признавая ее серьезную научную основательность. В кулуарах конгресса, в отелях, где жили делегаты, в автобусах во время поездок на экскурсии, прогулок по берегу Лаго Маджоре или озера Комо, в фойе театра Ла Скала, на различного рода приемах – всюду между социологами-марксистами и буржуазными социологами происходил оживленный обмен мнениями. Эти неофициальные дискуссии зачастую были не менее плодотворны, чем обсуждения, происходившие на заседаниях секций. Они, несомненно, способствовали не только развитию взаимного понимания, но и рассеиванию тех буржуазных предрассудков относительно развития общественной науки в странах социализма, которые и по сей день распространяются пропагандистами «холодной войны».