– Почтенный Нагасена, есть ли у сна начало, середина и полнота?
– Да, государь, есть начало сна, есть середина сна, есть полнота сна.
– Каково начало, какова середина, какова полнота?
– Начало сна, государь, есть телесная скованность, обволакивание, слабость, вялость и нерабочее состояние тела. Когда на человека находит обезьянья дрема и он бодрствует и спит вперемежку, это середина сна. Нахождение в потоке бессознательного есть его полнота.
Представь, государь, что некий подвижник с сосредоточенной мыслью, с неколебимым разумом, твердый в дхарме углубляется в лес, далекий от суетного шума, и размышляет там о тонких предметах. Он там вовсе не спит, но сосредоточенной, нацеленной мыслью постигает тонкие предметы своих раздумий. Вот точно так же, государь, сновидение видит тот, кто не вполне еще заснул и наполовину бодрствует, кто вошел в обезьянью дрему, находится в состоянии обезьяньей дремы. Здесь, государь, суетному шуму следует уподоблять настоящее бодрствование, безлюдному лесу уподоблять состояние обезьяньей дремы; как подвижник, оставив позади себя суетный шум и не поддаваясь сну, находится в среднем состоянии и в нем постигает тонкие предметы своих раздумий, вот точно так же сновидение видит тот, кто как бы бодрствует, не заснул еще вполне и находится в состоянии обезьяньей дремы.
– Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен.
Вопрос 6 (76)
Почтенный Нагасена! Все ли, когда умирают, умирают в свой срок, или же умирают и до срока?
– Бывает и в свой срок смерть, государь, бывает и смерть до срока.
– Кто же умирает в свой срок, почтенный Нагасена, а кто умирает до срока?
– Ты когда-либо видел, государь, как с мангового дерева, или с гвоздичного дерева, или с иного плодового дерева падают и спелые и зеленые плоды?
– Да, почтенный.
– Скажи, государь: все ли плоды из тех, что так падают, падают в свой срок, или же есть и такие, что падают до срока?
– Те плоды, что вполне созрели и размягчились,– те, почтенный Нагасена, все падают в свой срок. Из прочих же плодов иные падают, изъеденные червями, иные падают, сшибленные палкой, иные падают, сорванные ветром, иные падают, прогнив изнутри. Все они падают до срока.
– Вот точно так же, государь, в свой срок умирают лишь те, кого подкосила неодолимая старость. Из прочих же иные умирают сломленные прошлым деянием, иные умирают, сломленные судьбой, иные умирают, сломленные обстоятельствами.
– Нет, почтенный Нагасена, все умирают в свой срок: и те, что умирают, сломленные прошлым деянием, и те, что умирают, сломленные судьбой, и те, что умирают, сломленные обстоятельствами, и те, что умирают, сломленные неодолимой старостью. Умер кто-то в материнской утробе,– значит, это и был его срок; умер кто-то в родильном доме,– значит, это и был его срок; умер кто-то в месячном возрасте,– значит, это и был его срок; умер кто-то ста лет от роду,– значит, это и был его срок. Одним словом, почтенный Нагасена, прежде своей смерти не умрешь. Кто бы ни умирал, все умирают в свой срок.
– В семи случаях, государь, люди умирают до срока, но могли бы еще жить. Вот в каких случаях: голодающий, если он не раздобудет еды, до срока умирает от внутреннего истощения, но мог бы еще жить, государь; обезвоженный, если он не раздобудет питья, до срока умирает от иссушения сердца, но мог бы еще жить, государь; укушенный змеёю, если не раздобудет врача, до срока умирает от губительного действия яда, но мог бы еще жить, государь; проглотивший отраву, от которой все тело терзаемо болью, умирает до срока, если не раздобудет противоядия, но мог бы еще жить, государь; попавший в огонь и сжигаемый им умирает до срока, если не потушить огонь, но мог бы еще жить, государь; попавший в воду и не имеющий опоры умирает до срока, не мог бы еще жить, государь; человек, порубленный мечом, умирает до срока, если не раздобудет хирурга, но мог бы еще жить, государь. Таковы семь случаев, государь, когда умирают до срока и могли бы еще жить. Все это, государь, я рассматриваю вместе, как одно.
Смерть живого существа, государь, может произойти от одной из восьми причин: от расстройства жизненных ветров, от расстройства желчи, от расстройства слизи, от одновременного их расстройства, от перемены погоды, от неправильного образа жизни, от внешнего повреждения и вследствие деяния. Вот от этих причин, государь, может произойти смерть живого существа. Из всего этого, государь, лишь смерть вследствие деяния есть смерть уместная, а прочие виды смерти – неуместны. Об этом сказано: