Вместо отвертки Галент вооружился кухонным ножом — его острие как раз подходило под болты, которые были не слишком затянуты. Похоже, что Дук предполагал возможность разминирования.
Отхлебнув из бутыли, Галент медленно, крадучись подошел к столу. Так же осторожно он поставил лампу рядом с миной. Лампа давала не так много тепла, чтобы заряд сдетонировал, как полагал Галент. С минуту вор обливался потом, разглядывая взведенную мину, затем все же собрался с духом и приступил.
Сначала он убрал крышку, делать это приходилось осторожно, потому что она примыкала к сосуду с ртутью — заденешь и бам! Потом вор вспомнил, что не удосужился найти что-нибудь, чем можно было перерезать провода. Выругавшись, вор так же медленно вернулся к сумке и принялся копаться в ней. Там ничего необходимого не было.
В инструментах вор нашел только ржавые ножницы, которыми собирался резать обои. Он купил их на всякий случай, предполагая работать ножом — с этим его руки привыкли обращаться. Искать кусачки посреди ночи вор не стал и решил рискнуть, в очередной раз.
Он вернулся к мине, подсунул провод между лезвиями и сразу, чтобы не мучиться разрезал проводник. Галент инстинктивно зажмурился и даже отвернулся, но взрыва не последовало. Открыв сначала один, потом другой глаз вор уставился на мину. В ней ничего не изменилось: кнопка все так же взведена, ртуть в емкости.
Почесав в затылке, вор отошел в безопасное место и бросил в мину ножницами. Попал с первого раза, мина от удара сдвинулась, но не взорвалась. Вор с облегчением вздохнул и пошел разбираться с этим ужасом дальше.
Конечно, существовала вероятность, что, перерезав провод, Галент активировал бы заряд, но Дук, очевидно, не стал усложнять конструкцию.
— Честь ему и хвала, — пробормотал вор, копаясь в механизме.
Он сумел с помощью отмычек разжать пружину и поднять кнопку, которая замыкала контакты. Все, мина была дезактивирована, Галент мог вздохнуть спокойно, что он и сделал.
Закончив, вор почувствовал, что весь мокрый и быстро сбросил с себя одежду, забрался под одеяло и еще долго пялился в потолок. Керосинка продолжала гореть, освещая и комнату, и страшное устройство, оставленное на столе.
Утром Галент быстро привел себя в порядок, позавтракал, убрал воровские инструменты и принялся делать тайник в кладовке. На это он затратил целый день и часть следующего, но в конце концов смог сделать такой тайник, в котором можно было складывать не слишком дорогие вещички.
— Хотелось бы тут механизм какой-нибудь, — сказал Галент, осматривая результат своих трудов, — но что уж теперь…
Он просто убрал часть кирпичей, сделав в стене отверстие, которое закрывалось деревянной панелью. Чтобы панель не слишком выделялась, вор переклеил обои в кладовке. Со стороны и не поймешь, что тут тайничок. Галент накупил в ближайшей лавке тряпья, чтобы захламить кладовку. Рубашки и штаны идеально вписывались в интерьер и закрывали панель.
— Так-то лучше, — сказал Галент, закрывая дверь в кладовку.
В тайнике он оставил несколько мешочков с золотом, арбалетные болты и два ножа. Все остальное вор незаметно утащил в свой дом на крыше, где его не могли обнаружить.
За время его отсутствия в доме скопилась пыль, сквозь щели в двери намело немного снега, так что вор затратил время на уборку. Приятно было оказаться в таком безопасном и недоступном для других месте.
Вор рухнул на кровать и довольно потянулся, он даже заулыбался от наслаждения. Мешок с золотом, который не достался Дуку, Галент поставил на каминную полку рядом с другими трофеями. Рядом он положил дневник механиста. Некоторое время вор пялился на трофеи, затем уставился на мешок с деньгами. Золота у него теперь было много, можно позволить себе отпуск.
Хмыкнув, Галент подумал, как же можно с пользой потратить эти деньги. Но на ум ничего не шло. Ему не хватало фантазии и воображения. Можно было конечно посетить театры, дорогие рестораны, сорить деньгами, лапая девиц, но зачем все это? Вор не знал, мешок с золотом был самым бесполезным предметом в его доме. Галент даже удивился такому парадоксу.
Если умеренно тратить, то этих денег хватит на… ну, полжизни точно. Все равно Галент не рассчитывал, что долго проживет. Рано или поздно его прикончат, свобода не вечна.
— Тогда к демонам все это, пусть сунут им в задницу! — проговорил Галент. — Все, хватит с меня, баста!
У церковников теперь свои проблемы, им бы подумать, как сохранить власть, а не гоняться за одиночкой еретиком. Найдут какой-нибудь обезображенный труп и предъявят его братии — вот, мол, нашли побегушника и покарали! На том и успокоятся, это и дешевле, и проще. Рано или поздно инквизиция успокоится и махнет рукой, если вор не станет высовываться. Вполне может быть и такое.