Не мучений он жаждал врагу своему, а забвения, полного, абсолютного забвения. Нет ничего страшнее, чем полное разрушение души человека.
Время в темноте замедлилось, где-то за окнами продолжали свое движение звезды и солнце, но тут, в комнате тьма была бесконечной. Фернас не догадывался, что поставил ставку не на то число. Тьма на стороне вора, так было всегда. Инквизитор занервничал, а Галент все ближе и ближе подбирался к нему. Не двигаясь, конечно.
Инквизитор не выдержал и щелчком пальцев зажег все свечи в комнате. Их было много, явно больше, чем следовало. Мгновенно вспыхнувшие язычки огня разогнали мрак, который, недовольно шипя, забрался под кровать и шкафы, затаился в углах комнаты, убрался под ковер. Инквизитор сам себя ослепил, он смог рассмотреть неясный силуэт у окна и ударить по нему заклинанием, но промахнулся. Галент был точнее, но ненамного. Зрение подвело и его.
Болт царапнул по руке Фернаса, а заклятие чуть опалило волосы Галента. Смехотворные ранения в игре, где ставкой была жизнь.
Вор упал на пол, уходя с линии огня, и забросил бесполезный теперь арбалет за спину. Второй рукой он уже вынимал нож и, приподнимаясь, собрался бросить его в инквизитора. Но тот тоже не сидел на месте, ожидая, когда вор прикончит его.
Фернас подскочил к лежавшему на полу вору и попытался ударить его. Он промахнулся, Галент откатился в сторону и бросил нож, но опять неудачно. Инквизитор двигался с легкостью прирожденного убийцы, подкрепленного силой веры. Этот безумец на завтрак жрет десяток таких, как Галент. Вор успел проанализировать свои возможности буквально в долю секунды. Против такого противника у него не было шансов. Фернас обучен убивать, карать не только бесхребетных философов-словоблудников, этот пес с радостью мог перегрызть глотку любому дикарю. Да даже сотне дикарей!
Галент схватил первое, что попалось под руку, и бросил в Фернаса. Он не метил в инквизитора, а целился в окно за его спиной. Надо было уходить и как можно быстрее, оставаться здесь смерти подобно. Фернас нагнулся и бросился на лежащего на полу вора. Противники под звон разбившегося стекла сцепились и принялись разминать друг другу бока кулаками. Они рычали, тяжело дышали, не прекращая наносить удары друг другу. У Галента это выходило лучше, к грязным дракам он был приучен с малолетства, но инквизитор брал напором. Если бы не мешки с добычей, то вору пришлось бы туго, а так часть ударов попадала именно по ним.
Вор бил в самые уязвимые места, но его противник словно не замечал ничего. Слепая ярость веры захлестнула его. Фернас вообразил себя воплощенным ангелом отмщения. Свое тело он воспринимал как сосуд, достойный божественной силы, а кулаки — проводниками воли божества. И эту самую силу инквизитор применял против вора. Фернас пытался дотянуться до горла Галента, словно на самом деле желал вцепиться в него зубами. С таким противником невозможно было сладить в открытую.
Галент с тем же успехом мог бы попробовать защититься от урагана с помощью одеяла. Фернас не реагировал ни на что. Галент умудрился коленом попасть в самую чувствительную зону мужского тела, но даже это не заставило инквизитора скорчиться от боли. Противник напрочь позабыл о своей магии, вся его ярость требовала немедленного выхода. Магия же требовала концентрации. Пожалуй, только это и спасло вора от смерти.
С припадочными сражаться сложно, но гораздо проще, чем с хладнокровными убийцами.
Галенту удалось дотянуться до ножа и ударить им куда-то в бок инквизитора. Защищаясь лишь одной рукой, вор не мог остановить напор навалившегося сверху противника. Со стороны они могли бы показаться страстными любовниками, по крайней мере, их рычания и тяжелое дыхание напоминало случку бешеных псов.
Нож чиркнул по коже инквизитора и заставил того отвлечься от шеи Галента. Фернас опустил руку и перевел взгляд вниз, кровопускание словно отрезвило его, хотя это была и не первая его рана. Галент изловчился и вторично ударил коленом в паховую область инквизитора. Теперь уже боль нашла путь через занавес ярости, она проникла в мозг инквизитора и заставила того отпрыгнуть от противника и сжаться в комочек на полу.
Фернас выл, зажимая поврежденное место. Галент не стал его добивать, и так эта драка вымотала его до предела. Где гарантия, что к инквизитору не вернется его полубезумная ярость.