Наво не был святым, даже наоборот. Он был вором по роду деятельности, вором по призванию и по складу характера. Жадная до блестящего сорока – так его назвал Тито один раз, когда Наво чисто инстинктивно схватил какую-то блестяшку, сунув её в свой карман. Однако, даже ему становилось не по себе от мысли, что вся эта гигантская масса отвратных чудовищ ринется на острова, окружая и сжирая их до последнего кустика. Почему-то он не сомневался, что эти твари жрут даже кусты и траву.
Наконец, найдя в себе силы, он со стоном подтянулся и подтащил себя к стене, чувствуя её холод. Взгляд его поплыл, ушёл в никуда. Ему даже на мгновение показалось, что он прямо сейчас превратится в пускающего слюни безумца, не пережившего свой страх.
— Что, всё так ужасно там? – старческий голос вырвал Наво из этой пелены и заставил уже более осмысленно оглядеться. Камера старика находилась по соседству и отделялась от Наво толстой решёткой, которая совсем не мешала разглядеть лицо седоусого Волка. — Ты заснул?
— Нет, не заснул, просто… Я пытаюсь понять, когда всё пошло не так и когда жизнь превратилась из дурной истории в настоящий кошмар.
— А-а-а, самокопания, - понимающего протянул старик, усмехнувшись в свои усы. — Ну, чем ещё можно заниматься за пару дней до смерти, верно? Расскажешь, что видел? Не хочу лишний раз удивляться безумствам этого мясника.
Наво честно поведал пирату всё, что увидел. И путь до утёса, и про сам утёс, и про море, казавшееся спокойным, а потом вспухшее от обилия тварей, и про странного человека с белой кожей.
— Вот оно что. Значит, тебе повезло увидеть вживую человека, которого ненавидит почти каждый пират? Поздравляю, вор. Перед смертью ты вдруг разглядел человека, уверенно идущего к званию легенды.
— Этот Дуглас, кто он такой? Он даже Командору дерзил! – Наво надавил голосом, пытаясь показать, насколько этот факт кажется ему фантастическим.
— Потому что бесстрашен как лишённый мозга инвалид. Дуглас – охотник на пиратов. Его бриг ты видел, когда мы подходили к острову. Если бы подошли чуть ближе, то ты без труда бы разглядел, что это, на самом деле, развалина, а не часть военного флота. Хотя… этой развалины хватило, чтобы потопить мою ласточку.
— Он тебя потопил и схватил? Но как ты оказался тогда на Маравеле, на корабле Командора? Не сходится! Зачем ему возить тебя туда-обратно?
— Да, потопил, - спокойно кивнул старик. — А насчёт сроков… Видишь ли, Дуглас берёт дорого. А Командор из тех, кто не держит в судовой кассе приличных сумм, чтобы этого хватило на оплату. Вот он и отправил Дугласа дожидаться его у тюремного острова, а сам дополнительно заехал на Маравель с инспекцией. И ему, как видишь, повезло наткнуться ещё и на тебя. Сорвал куш, можно сказать.
— Выходит, Дуглас – наёмник? – пытаясь уложить в своей картине новое знание, переспросил Наво.
— Нет, бестолочь. Наёмники выполняют приказы. А он – охотник. Он охотится и сдаёт пойманную дичь в пункт приёма. То есть ловит пиратов и везёт их сюда или к Командору на борт. За что и получает щедрую оплату за каждого живого пирата. Кто его знает, тот никогда живым не даётся.
— А вы тогда почему живые? – подозрительно спросил Наво.
— А чего мне дёргаться? Я уже достаточно стар, чтобы не бояться смерти, а мои друзья просто последовали за мной, хоть я и отговаривал их.
— Ты же понимаешь, насколько безумно это звучит? – парень внимательно всмотрелся в глаза старика, подозревая, что старичок-то уже поехал головой. — Каким бы старым ты ни был, ты всё ещё чувствуешь боль! А там целая орда тварей, которая будет рвать нас на мелкие кусочки! Это не какая-то там «смерть», это страх и ужас, грёбаный кошмар!
— Мальчишка, я всего лишь сказал, что не боюсь смерти, - седоусый повернул в его сторону голову и посмотрел на замолчавшего Наво твёрдым взглядом.
Замолчав, вор поднял руки в понимающем жесте и отвернулся, думая о том, что на этом острове умственно здоровых уже нет. Командор, его стражники, этот непонятный Дуглас, эти пираты!.. Все они как будто разом с ума посходили, находя самые странные причины для своих поступков. Один тварей людьми кормит, чтобы запугать преступников. А второй смерти не боится, игнорируя возможность участи пострашнее, чем смерть. Самое ужасное в этом то, что Наво ощущал себя наиболее больным из всех присутствующих, ибо здоровый человек нашёл бы способ прервать своё бренное существование ещё до того, как попал бы на этот остров.