Острова их архипелага располагались достаточно кучно, из-за чего остановка на Маравеле казалась не хорошей идеей, а тратой времени. А время, как известно, деньги, которые ни один торговец задаром терять не хочет. Ничего путного здесь не продашь – у местных едва ли найдутся деньги на покупку хорошей выпивки или доброго сахара. Здесь охотнее всего купят обычные овощи, которые не везде вырастишь, ведь большая часть островков была покрыта либо песком, либо выступающими скалами. Пахотные земли были лишь на самых больших островах, к числу которых их остров не относился.
Ремонт, отдых, стоянка – всё это тоже могло бы быть, если бы… если бы было. Ни один хороший корабел не поедет сюда, а плохие в деле не держатся и месяца, ибо давший течь корабль – это клеймо даже в такой дыре, как эта. Даже если за спиной сотня отлично выполненных заказов, один угробленный корабль ляжет несмываемой чёрной меткой. Никто не хочет стать тем самым «сотым клиентом», испытывая свою удачу.
Но для Наво всё это было абсолютно несущественно. Он не собирался ни торговать, ни производить, ни даже наниматься к кому-то на корабль, а то и вообще корабелом. Какой из него корабел? А торговец? Хотя последнее ещё куда ни шло, ведь плутовство что для него, что для торговцев было архиважнейшим качеством. Считай, смежные профессии!
— Ты сегодня снова на рынок идёшь? – как бы невзначай поинтересовался Тито, не отрывая глаз от воды. Вопрос был задан без особых эмоций, но в глубине Наво чувствовал напряжение. Друг не одобрял его промысла. Более того, опасался, что рано или поздно ему отрубят руки за его выкрутасы. Всё же у стражников есть предел терпения, который явно подходил к концу несмотря на всю соломку, что обычно стелил юноша в местах вероятного падения.
— Да, иду, - невозмутимо кивнул Наво, выдёргивая поплавок из воды и снимая с крючка бьющуюся на нём рыбёшку. Так, глядишь, на пару дней и насобирает себе еды. Где приготовить – найдётся. Да хоть в бухте, что недалеко отсюда. Её ещё «Мусорной» зовут из-за того, что прибоем туда заносит целую кучу мусора. Всякого дерева там навалом – бери и жги. Практически неиссякаемый источник топлива. И даже, если бы кто-то задался целью и собрал всё, то ему бы и на лачугу хватило! — Ты и сам знаешь, что…
— А ещё я знаю, - перебил Тито, чьи пальцы сжались на удочке, - что ты уже давно ходишь по лезвию ножа, Наво. И недалёк день, когда тебя на этот нож просто уронят вперёд лицом. Ты разве не видишь, что на тебя уже косятся? Стража идёт мимо и присматривается к тебе! Тебя стараются держать на виду. Да ты даже в кабак зайти не можешь, из-за чего нам с тобой и приходится ловить эту поганую рыбёшку! Она на вкус, как старая подошва!
— Всё-всё! Чего ты так завёлся-то? – Наво попытался сбить напор друга обезоруживающей улыбкой, но нарвался лишь на тяжёлый взгляд. — Ладно, слушай. Э… Мне уже поздно меняться!
— Тебе не так много лет, чтобы говорить такие громкие слова, Наво, - тут же парировал его выпад Тито, не моргнув глазом.
— Ну тогда… Ну, хотя бы эта рыба! – Наво схватил за хвост одну из тех несчастных, что попались ему, и помахал ею перед лицом друга, на что тот слегка брезгливо отодвинулся. Ну, да. Рыбка и правда выглядела так себе. Мелкая, пучеглазая, противно пахнущая. Такую даже коты лишний раз в пасть не брали. Только если совсем с едой туго. — Я уверен, если её правильно приготовить, то она засияет новыми красками!
Тито скептически осмотрел качающуюся в руке Наво рыбёшку, явно примерил на неё все известные ему способы готовки, скривился, а затем медленно и с тяжёлым вздохом перевёл свой взгляд обратно, как бы говоря: «Даже если ты пожаришь эту подошву с лучшими приправами, она не перестанет от этого быть подошвой».
— Ну, тебе не угодишь! – патетично воскликнул Наво, бросив рыбку обратно в ведро. Да, подошва. Да, вонючая. Но его и правда не пускали уже в кабак, из-за чего вопрос пропитания вставал особенно остро. И даже от такой еды отказываться было грех.
— Ты мне вот что скажи, повар, - не обратил никакого внимания на его шутовство товарищ. — Если тебя не пускают ни в одну приличную лавку, ни в один кабак, то зачем ты вообще ходишь на овощной рынок? Эти деньги… Тебе их даже потратить негде. Зачем всё это, если ты рискуешь остаться без головы?
— Потому что я верю, что отсюда можно уехать, - пожал плечами Наво, кинув взгляд на замершего Тито. — Или ты и правда думал, что я буду торчать в этой дыре всю жизнь? Ха! Зарабатывать на жизнь ловлей рыбы или… или чем тут ещё можно заработать? Да ничем, Тито! Это дыра! Это забытая Богом дыра, в которой торговец появляется лишь раз в месяц! В следующий раз он приедет через неделю, и я собираюсь уехать отсюда – через неделю!