— Полежали и хватит, - с кряхтением оторвав себя от примятого ковра из зелени, где виднелись и причудливо пахнущие цветы, Велгантэ поднялся на ноги и постарался понять, где он оказался. И чтоб ему пусто было, если они не прошли весь столичный остров насквозь! Глаза сразу же нашли тропку, ведущую наверх и упирающуюся в ажурную железную калитку, встроенную в невысокий белокаменный заборчик, за которым высились купола собора. — А мы всего-то через стену перебраться хотели, ну надо же было… - улыбнувшись, великан начал подниматься в горку.
***
В саду на заднем дворе…
— Слышал, что на совете приключилось? – спросил один монах другого, стоя на ступенях, ведущих к цветущему саду, полному самых разнообразных растений, поражающих взгляд своей красотой.
— И что же? – меланхолично вздохнул второй, прекрасно осознающий, что на совете Иерархов случиться могло всё что угодно. Вплоть до маленькой, но победоносной войны с неопознанным противником. Как правило, после такой войны приходилось убирать склянки из под жгучего вина, а затем придумывать для высокопоставленных дам убедительную ложь, чтобы не подрывать их веру в мужскую часть совета.
— Самая настоящая драка! – с загадочным видом блеснул глазами первый. — Сначала, конечно, их благородия спорили, да так, что стены шатались от криков. Я уж было подумал, что они там кого-то режут, но то уж было после!
— Серьёзно? Неужели прошлый инцидент с переломами не оставил следа в душах господ Иерархов?
— Как видишь. Будь я проклят, если они снова не сцепились из-за какой-нибудь ерунды. Вот увидишь, ещё услышим мы о последствиях этого побоища!
— Не богохульствуй! А что хоть обсуждали-то, раз дошло до такого? Что-то важное?
— Ну конечно же важное. Только вот кто же нам скажет об этом? Одни лишь писари со своей статистикой ходят, нос задравши.
— Этим-то с какой радости гордиться? Они ж ещё меньше прав, чем мы, имеют.
— Так-то оно так, да только доверием Иерарха Круса пользуются, через что много знают. А кто много знает, тот на несведущих смотрит с превосходством. Вот я бы точно возгордился, знай я что-то такое, от чего даже у Иерархов терпения не хватило.
— Тебя же звали? В писари, кажется. И ты отказался, насколько я помню. Пришёл ко мне, весь возмущённый, с бутылкой. Рассказывал о том, что твой высокий сан оскорбили таким предложением! Как же это, монах – в писари. Так ты мне говорил.
— Дурак был, - вздохнул монах. — Ладно уж, пошли. Нужно кликнуть служек, чтобы обслужили господ, оставшихся ночевать.
Бросив последний взгляд на спокойный сад, монахи в унисон вздохнули о несправедливости жизни и удалились во внутренние помещения. Но стоило только стихнуть их шагам, как открылась ещё одна дверь, из которой высунулся лицом давешний служка, отправленный блюстителем спать. Выспался и проснулся он уже давно, но решительно не знал, чем себя занять. Господин оказался мертвецки пьян и вставать «столь рано» не пожелал. А встречаться с блюстителем… Увольте, хорошего помаленьку! Вздорный старик точно вытрясет из него душу и заставит горбатиться наравне со всеми, хотя к собору он относится чисто номинально.
В келье оставаться тоже не вариант. Во-первых, она была сильно хуже той, что у хранителя собора. Никаких тебе удобств, света и прочих благ. Строгая теснота, лавка для сна и, пожалуй, всё на этом. Такой бедности он не видел с тех самых пор, как уехал из дома в поисках лучшей жизни. Во-вторых, в любой момент мог нагрянуть блюститель и выволочь его за шкирку на работы. Так-то он был парнем усердным и от работы не бегал, но не таким же варварским способом? Руки-то не казённые, чтобы забесплатно их стирать об монашеские грубые тряпки? В-третьих, душа требовала простора. Сидеть в четырёх стенах и созерцать узкое окошко, через которое едва пробивался свет, не было никакого желания. А про сад на заднем дворе собора он слышал ещё, когда мальчишкой бегал с друзьями по родному острову.
— Красота, - выдохнул с восторгом парень, глядя на распустившие свои бутоны цветы. Воровато оглядевшись по сторонам, тут же скользнул ползучим гадом в сад, скрываясь от возможных наблюдателей за деревьями и кустами, обильно рассаженными в приподнятых над дорожками клумбах. Почувствовав себя свободным, юноша тут же расслабился, с улыбкой глазея по сторонам и стараясь потрогать каждый необычный цветок. Правда, от пары особо активных пришлось отдёргивать руку, ибо те попытались его укусить. Немного понаблюдав за этими бестиями, он понял, что они этак мух ловят. Надо сказать – очень действенно! Мошкара так и вьётся вокруг этих ловушек, обильно истекающих каким-то сладким соком. Как оно на вкус, лишь бог знает, но запах – очень даже!