— Ах, ну да, точно! – отреагировал Иерарх. — Помню. Я её из сундука-то уж сколько лет не доставал! Там всё пылью заросло в три слоя, вот я и отдал её постирать. А что, они её где-то пролюбить умудрились? Как так-то?
— Тут как раз всё интереснее. Дело в том, что служки-то в этом как раз и не виноваты, если так поглядеть. Я поспрошал среди всех, кого худо-бедно знал, но никто про это воровство даже не слышал, а ведь слухи непременно пошли бы.
— Любят у нас служки подвигами хвастаться. Хоть бы что полезное делали, а так, - Иерарх разочарованно взмахнул рукой. — Ну и куда одежда-то подевалась, если не к служкам утекла?
— На самом деле, я не уверен в том, что мои мысли насчёт этого верны…
— Ближе к делу.
— Вас видели в этой одежде выходящим из собора. И направлялись вы… в трущобы, - выпалил служка и преданными глазами уставился на замершего с пирожком во рту Иерарха. Тот тоже замер и вытаращился на служку. Откусив, Хосе отстранил от себя лакомство и внимательно его осмотрел со всех сторон. Вроде бы нигде ничего не заплесневело?
— Ты что, дурковать вздумал? – наконец, разродился Иерарх словами, запив пирожок чаем. — Как бы я оттуда вышел, если я ещё вечером того дня выехал в это поместье?!
— В том и проблема. Стражники божатся, что видели Вас на выходе и что Вас сопровождали двое в плащах. И это в солнечную-то погоду!
— Ну… дожди бывают, сезон всё же…
— Вот и они так же сказали стражникам, - закивал служка. — А потом Вы свернули куда-то и… пропали. Позже служки обнаружили, что одежда исчезла, и доложили наверх.
— Так это… То есть ты не знаешь, кому она понадобилась и зачем?
— Могу лишь предполагать, что это происки врагов, решивших сорвать важный праздник. Но будьте уверены, мы найдём виновных и вернём одежду точно в срок! Иначе ведь и представить тяжело, что может случиться, если праздник сорвётся…
— А чего ему срываться? – с набитым ртом поинтересовался Иерарх, выглядящий так, будто ничего и не случилось особо.
— Но как же? – изумился молодой человек. — Как же без торжественного облачения?!
— Так я просто запасное возьму, - пожал могучими плечами бывший страж.
— Запас-сное? – проскрипел служка, разом растеряв все эмоции. Осталось лишь что-то вроде пепелища внутри. Сухое и безжизненное. Медленно сев, он уставился на господина. — Могу ли я поинтересоваться, откуда…
— Это у меня ещё с детства привычка такая, - доверительно произнёс битый жизнью мужик, пошедший по пути служения господу. — У меня ж плечи вон какие. Я как напрягусь, так у меня сразу шов на спине и расползается. Мамка моя сразу на вырост много одежды на меня шила, ибо рос я как не в себя, ха-ха! Вот я и привык к тому, чтобы иметь запас некоторый.
— И она…
— Да вон, в сундуке том же валяется, где и прошлая лежала. Можешь взять и лично заняться, если есть такое желание. А нет, так скажи служкам – пусть они руки займут, раз у них есть свободное время на пересуды.
— Но как же преступники? Мы должны их найти, чтобы примерно наказать за такое неуважение к Вам!
— Полно тебе. Лучше делом займись. И так уже к празднику опаздываем, - отмахнулся Иерарх и поднялся из-за стола. Вернулся он к нему уже с противнем, где покоился непривычного вида пирог, в котором как будто бы замешали всё, что было под рукой. — На вот, угостись лучше моим новым пирогом. Это мой, так сказать, новый рецепт. Слепил из того, что было. Ешь, ешь, не бойся. Никакой отравы.
— Ежели настаиваете, - вздохнул служка и отрезал себе кусочек, пробуя. — Вкусно! Но что это? Такой необычный вкус. Что-то знакомое, но никак не могу вспомнить…
— Тыква.
***
Шесть дней спустя…
День всеобщей молитвы…
Для того, чтобы понять бедность Маравеля, достаточно просто узнать, где он находится. Самый центр восточных окраин, где торговля слишком хилая, а почва просто не способна породить что-то путное. Там жизнь не стоит и медяшки, как таковая, а вот возможность жить где-то ещё измеряется целым состоянием по меркам бедняков. Впрочем, люди как-то живут целыми поколениями на этом проклятом острове. Рождаются, живут, умирают. И совсем их не заботит то, как будут жить следующие поколения.
И совсем другое дело – столица. Здесь достаточно появиться лишь один раз за всю жизнь. Нет, не так. Здесь просто необходимо появиться каждому, чтобы осознать ту пропасть, что разделяет хорошую жизнь от бедной. Любой остров будет казаться чрезвычайно неухоженным, если сравнивать его с Эстрелла-Маром. Оно и не удивительно, ведь это сердце Солмариса. Сюда стекаются все товары, все лучшие люди, когда-либо рождавшиеся на этом архипелаге. Более того, сюда стекаются те, кому не нашлось места на других архипелагах. Люди с запада здесь частые гости, что можно наблюдать воочию.