***
Наво бежал так, как никогда в жизни не бывало. За спиной слышалось голодное урчание матки, старающейся прихлопнуть его своими длинными лапами, а он петлял из стороны в сторону, нырял в узкие улочки так, чтобы между ними были какие-то дома. Матка же бесилась и крушила всё на своём пути, постепенно ускоряясь.
— Ах, м-мать! – выдохнул криком Наво, когда коготь вонзился прямо перед ним. Едва не впечатавшись в него лбом, тут же отскочил в сторону, ибо преследующее его чудище повело лапу назад, вспахивая землю вместе с камнями. Оглянувшись на неё, он только и увидел, что пасть уже летела прямо к нему, намереваясь сожрать вместе с артефактом и дорогой. Метнувшись в сторону, юноша чудом избежал смерти. — Да чтоб тебя!
Прижав сияющую железку к груди, Наво, пока живая гора не очухалась от собственного удара «башкой» об землю, рванул дальше по улице. Впереди уже маячили ворота на лестницу, ведущую вверх по холму. Возле ворот кто-то тёрся, что стало для него неприятным сюрпризом.
— Вали оттуда! – замахал он рукой, заорав, что есть мочи. — Убегай!
Неизвестный послушался и тут же исчез. Выкинув его из головы, Наво пересёк ворота и добрался до ступенек, тут же прокляв их. Ведь человек взбирается по ним не так уж и быстро. Это тут же сказалось на его салочках с матерью жуков. Решив отомстить ему за все свои промахи, она начала резво бить когтями прямо по ступеням, от чего земля под сапогами отчаянно танцевала и никак не хотела замирать дольше краткого мгновения. Вор пользовался им по полной, буквально перепрыгивая через ступеньки. Часто ему приходилось скатываться вниз, чтобы не стать куском мяса, насаженным на чей-то столовый прибор. Хотя он, исходя из размеров инструмента, стал бы скорее фаршем.
— Господи, дай мне сил…! – взмолился Наво, но ничего особенного не почувствовал. Солнце просто припекало его сверху, но смотреть на него не было ни времени, ни возможности. Он то попадал в тень очередного когтя, то выпадал из неё, чтобы снова оказаться в тени, но уже огромного тела. Если она вдруг решит упасть, то на этом его жизнь и закончится. От такого уже будет не увернуться.
Игры чудовищу, видимо, надоели. Издав какой-то жуткий гул, тварь размахнулась когтем и с размаху всадила его рядом с вором. Каменные ступени взорвались, а самого юношу отбросило в сторону и ударило об землю, ещё и битым камнем осыпало. И вот он упал, в глазах потемнело, а тело отказывалось даже просто шевелиться. И артефакт куда-то скатился. Он мог лишь безвольно моргать, тяжело дышать и наблюдать, как сверху на него опускается тёмный зев глотки, усеянной сотнями острых, как копья, зубов. Оно заслоняло собой и Солнце, и Небо, и вообще весь мир. Как будто пожирало даже не его самого, а всё вокруг него.
И тут вдруг случилось чудо. В один из мутных глаз существа что-то влетело на большой скорости. Он только и увидел, как глаз лопнул. Бешеный рёв разнёсся по округе, громадина чуть не встала на дыбы. Неужели она чувствует боль? Повернув голову примерно к тому месту, откуда прилетело, Наво увидел стоящего на крыше какого-то дома Велгантэ. Как и когда он успел туда забраться – бог весть. Но этот великан держал в руках тот самый арбалет, который они выкинули в кусты. Нашёл, значит? И он вновь натягивал тетиву, а стоящим рядом Лобар уже протягивал ему следующую стрелу. Где они их только раздобыли? По пути что ли где-то подобрали? Но свою задачу они и впрямь выполнили. Матка отвлеклась на них и даже начала разворачиваться, чтобы уничтожить угрозу.
— Давай, - прохрипел самому себе Наво и с горем пополам перевернулся на живот, поднимаясь на четвереньки. В голове гудело, в глазах троило, а рука уже шарила вокруг, пытаясь найти выпавший артефакт. Господи, да где же он?! Наконец, в траве рядом со ступеньками он увидел что-то блеснувшее на Солнце и сунул туда руку. Пальцы сомкнулись на знакомом металле и подтянули сияющее нечто с налипшей грязью ближе.
Пока тварь была отвлечена и разворачивалась, юноша шатающейся походкой побрёл дальше к собору. Далеко не ушёл. За спиной раздались неразличимые крики, и он обернулся через плечо. Матка, почувствовав, что маяк отдаляется, забыла про пиратов и снова пошла за ним. Да вот же проклятие! Сцепив зубы, вор поднажал, хотя тело и протестовало против этого. Каждый шаг давался ему с великим трудом. И вот, наконец, тяжёлые даже на вид двери главного входа. Хоть бы не закрыто!