— Да так и спускаем, - в том же тоне ответил ему долговязый собрат по несчастью. — Просто за канаты по бокам берёмся и держим, потихоньку позволяя катиться вперёд. Но я тебе так скажу – руки потом отваливаются!
***
К чести Эстебана, шедшего впереди телеги, путь он выбирал относительно ровный, да ещё и старался убрать с пути все препятствия в виде людей или чьих-то вещей. Для выдохшегося вора потраченное время казалось вечностью, но на самом деле прошло не так уж и много времени, а они уже могли разглядеть пост с матросами у входа в порт. Трое. На въезде было всего трое, а не десяток как раньше. Вспомнив ещё про пиратов, Наво постарался оглядеться по сторонам. Интересно, где они могут прятаться? Они, вроде, сказали, что будут неподалёку, но где именно?
— Эй, головой не крути! А то и своим носом разукрасишь телегу!
— Да смотрю я, смотрю, - бурчание вора потонуло в облегченных вздохах. Они дошли до порта, осталось совсем немного. Телега остановилась у самого въезда, и от него к Эстебану подошёл ухмыляющийся матрос, бережно разворачивающий бумагу.
— «Только попробуй мне сейчас сказать, что даже этой телеге нельзя в порт! Я поступлюсь своими принципами, и оставлю здесь три трупа! И мне даже усталость с голодом не помешают», - мысленно поклялся юноша, сжимая доски телеги и глядя на эту сцену из-под слипшихся от пота и грязи волос.
— Указом господина губернатора въезд в порт ограничен на время проведения облавы на пиратское отребье! – на слова о пиратах Эстебан поморщился, но ничего не сказал.
— У нас есть разрешение, - в руках Эстебана появилась своя бумага, из-за чего улыбка западника слегка померкла, но тут же расцвела вновь.
— Мне не положено пропускать кого бы то ни было. Капитан Дуглас дал чёткий приказ – никого не впускать и не выпускать. И если я пропущу вас с этой бумагой, то потеряю намного больше, чем получу. Понимаете? – матрос подмигнул, а его друзья у въезда заулыбались, переглядываясь.
— Этого хватит, чтобы вы не чувствовали себя обиженными? – в руках Эстебана появился мешочек с чем-то звонким, а до Наво таки дошло, о чём говорил ему Гильермо. Наплевать всем на разрешение, наплевать на указы. Всё решают деньги, а пухляш-торговец достаточно богат, чтобы оплатить проезд, поэтому старик и его внук могли беспрепятственно катать свои телеги туда-сюда. Просто – деньги.
— Сомнительно, но… - стражник поиграл на публику, корча задумчивые рожи и покачивая мешочек в руке. Было видно, что он прилагает немалые усилия для того, чтобы не сжать пальцы на добыче, которая уже у него в руках. — Пусть так. Проезжайте, только побыстрее. Сегодня я милостив и готов уступать в мелочах.
Вор сплюнул под колесо, скрывшись за телегой. Не заметить фальшиво-великодушные ужимки Дугласа в словах и действиях его последователей было решительно невозможно.
— Это они ещё сдерживаются, - хмыкнул долговязый, заметив эмоции на лице своего соседа по «рабочему месту». — Но ты поосторожнее, не показывай им… вот этого. А то нам тут всем худо будет, если они взбеленятся.
Неопределённо кивнув, Наво снова упёрся в телегу, прокатывая её мимо матросов. Он как раз опустил голову пониже, чтобы никто не увидел его лица. Однако, один из несущих караул вдруг пригляделся к нему, подозрительно сощурился и сделал шаг ближе. Юноша напрягся и покрутил головой, осматриваясь по сторонам. Ему даже показалось, что в тени домов, оставшихся за спиной, он увидел моряка в глухой одежде, что внимательно следил за происходящим. Люди Рауля? Значит, следят всё же?
— А ну-ка подождите! Мы ещё не досмотрели работников. Капитан Дуглас как раз ищет одного вора молодых лет. Возраст подходит, да и выглядит он как вор. Эй, шваль, подними голову! – стражник сделал ещё шаг к нему, держа ладонь на рукояти своего палаша. Но вор не собирался сдаваться так просто, а потому позволил караульному приблизиться ещё чуть-чуть и сделал то, чему его научили местные улицы не так давно.
Наво согнулся в приступе кашля, отчаянно симулируя отхаркивание и сипы. Как на его слух, вышло очень даже убедительно. Да и благодарные слушатели оценили – вон как все шарахнулись прочь от телеги. Караульный так и вовсе отпрыгнул, замахав руками.
— Чёрт, сгиньте отсюда! Чтоб ноги вашей здесь не было, чумные крысы! – он выхватил из кармана какой-то платок и прижал его к лицу, на что вор чуть не заржал в голос, едва избежав риска разрушить свою легенду. Единственным недостатком ситуации оказалось то, что все предпочли перейти вперёд, настороженно поглядывая на идущего позади всех парня, ставшего вдруг смертельно опасным. Ни у кого из них не было денег на врачей и лекарства.