— Друг – это лучше, чем ничего, - понимающе кивнул интендант и сделал запись. — На этом всё. Сейчас Вас, молодой человек, отведут в камеру, после чего Вы отправитесь на тюремный остров в сопровождении Командора, где будете дожидаться отправки на остров Эстрелла-Мар, где предадут суду и повешению.
— Какой ещё тюремный остров? – медленно моргнул Наво. — Впервые про такой слышу! Что за остров такой?!
— Вам незачем сейчас это знать, а у меня ещё полно работы. Успеете ещё всё узнать лично. Стража! Проводите заключённого в камеру! И не забудьте запереть дверь!
***
Вокруг скрипело дерево. За толстой стеной из плотно подогнанных друг к другу деревянных досок слышалось рокочущее дыхание моря, бьющего волной в борта. Там, за пределами надёжной деревянной скорлупы ревел ливень. Вот же сейчас весело всем тем жёлтым мундирам, кому не повезло ползать по снастям. Жуткий, должно быть, ветер. Так ведь недолго и портки потерять, а то и жизнь. Сбросит с верхотуры в море, кто тебя потом искать-то будет? Волна сразу же утянет на дно, к рыбам и чертям.
— Существует легенда о корабле в глубинах Моря Чудовищ. Редко кто осмеливается плыть в ту сторону, но случается, что отправляется исследовательская экспедиция, цели которой известны лишь чернильным душам из столицы да толстым кошелькам оттуда же. Вот только с месяц назад вернулась одна такая экспедиция. Потрёпанная – страх. Так вот, моряки с той экспедиции рассказали, что на границе, где начинается Море Чудовищ, их встретил корабль-призрак. Резвый, прочный, жуткий. Его орудия изрыгают зелёное пламя, а команда – сплошь из костяков, меж рёбер которых пылает то самое пламя! И капитан у них – такой же костяк, но пламя его красное, как кровь.
Эту историю рассказывал седоусый морской волк, сидящий в компании своих товарищей. Товарищи, к слову, были весьма и весьма… занимательны. Слева от Волка находился разукрашенный шрамами и татуировками громила, весом и размерами способный составить непростую конкуренцию Командору. Сбитые костяшки на руках, которые не составило труда разглядеть, отчётливо говорили о самом любимом его виде досуга. Да и обилие шрамов говорило о богатом боевом опыте.
А вот справа сидел персонаж, которого Наво увидеть здесь не ожидал. Пираты, а это, вне всяких сомнений, они, были прикованы к железной палке, идущей через вбитые в палубу кольца и закреплённой массивными замками. В промежутках между кольцами, под балкой, были продеты цепи кандалов. Юноше же досталась одиночная камера с одним лишь кольцом, через которое цепочку и протянули. Персонаж же, который так удивил Наво, был священником. Чёрная ряса с символами Солнца, аккуратный воротничок, цепь с медальоном, холёные руки книжного червя, привыкшего нести Слово, а не Меч. Всё бы ничего, если бы не откровенно болезненный взгляд в никуда и не ниточка слюны, падающая из открытого рта.
Парень мысленно пожалел бедолагу и тут же нелогично позавидовал ему. Вот уж кому точно плевать на петлю – так это ему. Может, кстати, потому и сошёл с ума, что испугался смерти?
— Эй, - слабо позвал Наво, но Волк даже не замедлил рассказ, продолжая описывать ужасы таинственного корабля. — Эй! – уже громче повторил он, на что седой ветеран морских баталий таки повернул к нему глаза. И огромный мужик тоже повернул. И даже священник дёрнулся, уставившись на него. Вот последний взгляд реально был жутким.
— Чего тебе, воришка? – насмешливо крякнул старый волчара, от чего у Наво дернулся глаз. Нет, видали? Сам – пират, клейма негде ставить, душа черная и холодная, а его попрекает воровством!
— Что такое тюремный остров? – проглотив обиду, задал он главный вопрос. — Впервые слышу об этом. Куда нас везут?
— А-а-а, - протянул понимающе волк. — Так это новая любимая игрушка нашего глубокоуважаемого конвоира. Его давно уж строить начали, а вот недавно закончили к нашей всеобщей печали. С месяц назад. Чуть ли не ко дню рождения этого изверга. О нём давно уж слухи среди пиратов ходили. Но мало кто верил, а теперь уж чего?
— Это почему же печали? Нас ведь потом на Эстрелла-Мар…
— Ха, парень! Да ты наивен! – улыбнулся Волк, ткнув в него пальцем. — Забудь об этом. Ни ты, ни я, ни мои друзья не увидим обещанный Эстрелла-Мар. Тюремный остров – это конечная точка пути. Главный там – Командор. И весь гарнизон состоит из таких же отбитых волкодавов, как и он сам. Нас казнят особо интересным способом на потеху его кровожадности, а чинушам скажут, что мы погибли либо при задержании, либо при попытке к бегству. Командор не та фигура, к которой чиновники могли бы применить допрос. А мы не те фигуры, чтобы его даже спросили о том, правду ли он говорит. Смирись. Тюремный остров – это плаха, к который наши шеи всё ближе.