— Габриэль, пожалуйста, — вмешалась Шарлотта, — достаточно.
Снова тишина. Камилла представляла, как Тэйлор свирепо смотрит на ее опекуна. Она предполагала выражение лица Габриэля — невыносимо шутливое и невозмутимое.
— Ты хочешь знать, что я пережил, — хладнокровно говорил Габриэль. — Ты пришел спросить, каково это было, несмотря на то, что ты мог предположить, что я не скажу. Если бы я был скрытен, ты бы оправдал свои подозрения во мне. У меня плохие новости для тебя, Тэйлор. Времена изменились и мои планы весьма просты. Я хочу, чтобы Камилла закончила среднюю школу, выросла и делала всё то, что пожелает, пока не будет достаточно взрослой. Таков план. Камилла собирается выжить среди вас, что бы ни случилось. Сейчас это означает ходить в школу и справиться со всем тем, что ты или Рин Унимо подсунете ей. Эта девушка может пережить богов, если сосредоточится на этом.
Глаза Камиллы расширились. Что он имел в виду? Пережить богов?
— Ты действительно собираешься убеждать меня в том, что все это для нее. И ты предполагаешь, я в это поверю.
— Я не скажу, что ожидаю, что ты поверишь, но да.
Вина причиняла острую боль Камилле. Она была эгоистична. Она не понимала, что все проблемы, на которые Габриэль пошел, из-за нее.
— Прекрасно, — сказал Тэйлор. — Тогда у меня всего один вопрос. Где меч?
— Хм?
— Не играй со мной в дурака, — закричал Тэйлор. — Меч моего отца исчез в ту же ночь, что и ты. Что ты сделал с ним?
Габриэль вздохнул.
— Есть вещи, которые действительно всего лишь совпадение. Я не имею ничего общего с ним.
И снова молчание.
— Ты можешь осесть здесь, — смиренно сказал Тэйлор. — И я не могу остановить тебя. Но не ожидай, что тебя будут приветствовать с открытыми объятьями. Все до сих пор помнят ярмарку.
— О, она все еще проводится каждый год? — пренебрежительно спросил Габриэль.
Послышалась возня обуви по плитке.
— Джон, не надо, — закричала Шарлотта.
Камилла рискнула выглянуть за угол. Шарлотта стояла между ними, положив руки на плечи Тэйлора, удерживая его на расстоянии.
— Пора уходить, — сказала она ему.
Тэйлор смотрел на Габриэля, который лишь пожал плечами.
— Сейчас.
— Разве ты не хочешь спросить его кое о чем, Шарлотта? — с горечью произнес Тэйлор, хотя и отступил на пару шагов.
— Нет, не хочу, — твердо ответила она.
— Ты уверена? Ты не задумывалась о том, почему Саймон пропал без вести за день до того, как он вернулся с документами о зачислении его подопечной, — Тэйлор обвиняющее указал на Габиэля. — Или это тоже была случайность?
Габриэль молчал.
Саймон? Кто такой Саймон?
Тэйлор вскинул руки.
— Хорошо не отвечай. Отрицай это. Отрицай всё. Я уверен, ужасные вещи — это всего лишь случайность, и то, что ты всегда с ними рядом — просто совпадения. Ты можешь улыбаться и лгать всем вокруг себя, старик, но тебе не обмануть меня.
Он выбежал из передней двери, и Камилла нырнула обратно к стене. Как только за ним закрылась дверь, в воздухе словно изменилось давление. Слух Камилла улучшился сразу же. Звук того, как Шарлотта поправляла рубашку, был отчетливо слышен.
— Между прочим, — заговорила учитель химии, — я не думаю, что ты связан с Саймоном. Я уверена, он в порядке, где бы он ни был.
— Ты не думаешь, что он был похищен, как они говорят?
Медленное дыхание. Камилла могла уловить движение ее мышц. Качает головой, вероятно.
— Не Саймон.
— Это будет означать, что он отказался от своей дочери. Интересно, что могло заставить его сделать это?
— Кто может сказать? — тихо заметила Шарлотта. Её голос звучал печально.
— Совпадение или нет, сроки подозрительны. Инстинкты Джона не плохи, — признал Габриэль.
— Думаешь, кто-то пытается подставить тебя? — спросила Шарлотта.
— Возможно. Но это кажется слишком простым, — сухо заметил он. — Я больше озабочен тем, во что Саймон был вовлечен последние десять лет или около того. Мне следует держать счета подальше от него. Без Джона или Киры, чтобы утихомирить его, я боюсь, что отсутствие осторожности с его стороны приведет к проблемам для всех нас. Он почти также эгоистичен, как и я.
Камилла услышала намек на улыбку в его голосе.
— Не возражаешь, если я спрошу тебя кое о чем?
— Гм, конечно.
Она могла услышать, как на лице Шарлотты появился румянец. Да, ее слух определенно вернулся в норму. И ее учитель химии была полностью поглощена ее опекуном. Вульгарно.
Габриэль сделал паузу, как будто собирался спросить о чем-то, но передумал и переключился на другое.