— Тогда нам нужно сделать тебя бессмертным, — отвечаю я.
— Отлично. Давай сделаем это, фаворитка, — ухмыльнулся он.
— Тебе не стоит называть меня фавориткой, — возразила я.
— Я буду так делать, пока ты не бросишь всё это «принц фей» дерьмо.
— Хорошо-хорошо.
Мне вспомнилось вчерашнее предупреждение Беа об Эндере.
— Кстати, что ты знаешь о бессмертных?
— Я знаю, что не стоит становиться на пути того, кого нельзя убить.
Я была склона согласиться, вспомнив Мередит, насаженную на острие сталактита.
— Их много? Бессмертных, я имею в виду.
— Здесь много людей, на пути которых лучше не становиться, — говорит он. — И много тех, кто проживает долгую жизнь. Но я слышал лишь о трех людях, которые действительно бессмертны.
Он переложил несколько книг, пока не достал одну со старыми исписанными пергаментными страницами. Рис сел рядом со мной на диване, положив книгу на стол посередине.
— Существует легенда о том, что они являются орудием богов. Но люди придумают что угодно, чтобы объяснить необъяснимое, — сказал он, открывая книгу на серии портретов, очень похожих на те, которые обнаружила я. — Она охотилась на монстров последние сто лет, — он указал на Мередит. — Но, прежде чем у нее началась амнезия, она сама разрушила много городов. Он, — Рис указывает на Габриэля, именованного здесь также Гокаем, — охотился на монстров. Самопровозглашенный защитник человечества. Был известным целую вечность. — он перешел на человека с зеленоватыми волосами. — Вор, вот он — действительно проблема. Он убивал царей, крал бесчисленное количество ценных артефактов, приводил целые народы к нищете. Они с Мередит совершили много вреда на той стороне, прежде чем перешли на эту. Хемлока никто не видел около столетия. Он где-то прячется, или же кто-то, наконец-то, узнал, как его убить.
Он пожал плечами, я же была потрясена портретом. Он выполнен другой рукой, в углу страницы нарисована извилистая лоза, но это был тот же зеленоглазый мужчина, которого я видела в школьной лаборатории.
Габриэль, Мередит и Хемлок. Трое бессмертных, о которых говорила Камилла. Ставки на победителя.
— Как долго они здесь находились? — спросила я.
— Никто точно не знает. Они не особо общительны. Не говори мне, что ты с ними сталкивалась, — отвечает Рис, замечая мой взгляд.
— Да пожалуйста, — мои щеки заливает румянец. — Я просто видела портреты раньше.
— Видела?
Я рассказала ему о том, что произошло в школе с картинами.
Он весьма взволновался.
— Ты разрушила заклинание? Видела пророчества?
Он встал и начал копаться в рюкзаке в поисках блокнота.
— Рассказывай мне всё, что помнишь.
Я действительно напрягла память, пытаясь вспомнить всё, но самое большее, на что я способна — припомнить разве что треть.
— …и лиса, — закончила я свой рассказ. — Она была серебряная со слишком умным лицом для обычного животного.
— Лисы умны, — рассеяно заметил он, глядя на свои записки. — Уверена, что не можешь вспомнить больше?
— Мне жаль. Бьюсь об заклад, я не смогу туда вернуться, они, скорее всего, закрыли комнату.
Я плюхнулась на диван, складывая руки.
Рис смотрел на меня со странным выражением.
— Что-то на моем лице? — застенчиво поинтересовалась я.
— Когда твой день рождение? — неожиданно спросил он.
— Первого мая, — ответила я, сбитая с толку.
Он быстро отвернулся.
— Ты нарушила заклинания, скрывающие пророчества. Вероятно, то же самое сделала и с зеркалом в саду. Я не могу правильно управлять стеклом, когда ты поблизости. И всё же, ты не можешь припомнить и половину картин.
— Там было много картин, — сказала я в свою защиту.
— Согласен, — сказал он. — Но не для того, у кого непогрешимая память.
Моя кожа похолодела.
— Что ты сказал?
— Все Гримы охотники. А все охотники имеют безупречную память. Что если… ты не Гримм?
Я открыла рот и закрыла его.
— Мой день рождения тоже первого мая. Ты сама говорила, что Нуль и Создатель Зеркал рождаются парами.
— Но… это ведь означает…
Саймон был моим лучшим другом. А она погубила его, сказал Тейлор. Тейлор… и моя мама?
— Он единственный в своем роде, — мягким голосом сказал Рис. — Если ты Нуль, это должно быть он. Разве это так ужасно? Подумай о вещах, которые ты можешь сделать. Это подарок…
Возможно, если бы ты выглядела хоть немного похожей на него…
— Подарок? — закричала я.
Голова кружилась. Зеркало, разбитое стекло Риса, жалобы Камиллы о слухе, который не работал в школе… в лесопилке… всё из-за того, что там была я. Из-за того, что всё, что я знала неправда.