Рука свалился от попадания в шею и сейчас валялся на полу с пеной у рта. Ворон оказался попроворнее, но и он не смог увернуться. Сейчас у него из плеча торчал кончик металлического дротика, а в глазах понемногу появлялась смертная поволока. Он стал заваливаться под стол, когда я ухватил его и придержал.
— Тихий, отомсти за нас. Ты это сможешь — я знаю — прошептал вор и закрыл глаза. Вот же де…мо, Ворон умер и теперь просто некому объяснить мне происходящее. Почему то ни один из выстрелов не задел меня, иначе и я сейчас лежал на полу с пеной у рта и застывшим взглядом в потолок.
Наверняка оружие убийц отравлено, по другому столь быструю смерть от не всегда смертельных ранений, объяснить нельзя. Но с чего убийцы устроили столь кровавую баню, ведь между их кланом и нашим не было никаких разногласий. Может это совсем не те, за кого их принял покойный Рука?
Пока в моей голове со скоростью первой космической пролетали мысли и предположения о случившемся, убийцы спрятали разряженные арбалеты под плащи и достали клинки. Длиною с локоть с очень короткой рукоятью и практически без гарды тонкие и узкие клинки с тихим шелестом вошли в тела еще стоящих на ногах людей.
Пока прошло осознание происходящего с заполненных винными парами головах, число живых сократилось еще на десяток. А вот потом воры дружно взревели и достали свое оружие. На свет появились короткие дубинки, окованные металлом, ножи и тесаки всевозможных форм, кистени и шестоперы. Живых оставалось еще человек восемнадцать и не будь они столь пьяны, возможно, убийцам пришлось бы туго. Вот только хмель сыграл дурную шутку с ворами.
Один из убийц отделился от общей компании и скользнул ко мне плавным и незаметным движением. Меня пробил пот и едва успел достать оружие, когда противник оказался рядом. Небрежным движением он отклонил мой клинок и нанес удар…рукояткой в переносицу. К счастью, мне удалось увернуться и сокрушительный удар впечатался в левую скулу. Я полетел на пол, чувствуя как левый глаз стремительно закрывается и мое зрение на половину теряется. По щеке заструилась кровь из содранной кожи. Тут меня пробило — этот урод собирается меня взять живым. Так значит, именно из-за меня устроена эта бойня. В голове стремительно защелкал процессор, расставляя все по свои местам.
Между тем, убийца наклонился надо мною, доставая из кармана тонкий шелковый шнурок. Таким хорошо давить людей, набрасывая его на шею. Глубоко впивающаяся в плоть тесьма не дает возможности подцепить ее пальцами. Так же неплохо подходить и для связывания оглушенного пленника.
Между тем, пока я валялся на полу и с трудом приходил в себя (хорошо успел увернуться, получи удар по переносице, то давно валялся неподвижной колодой без малейшего проблеска мысли, дела в таверне принял совсем нехороший оборот. Из воров осталось трое. В углу отбивался Крун и двое его подручных. На каждого из воров насели по двое убийц, а остальные не спеша перезаряжали арбалеты. Когда перезарядка кончиться, за жизнь Круна с подчиненными не дам и медяка.
В тот момент, когда кожа на запястьях уже ощутила холод шелка, я наконец сумел встряхнуться. В один миг время замедлило вокруг меня свое движение и фигуры превратились в едва шевелящихся манекенов. К этому мгновению с арбалетов уже сорвались дротики и понеслись по не видимой линии с неторопливостью черепахи в тела сопротивляющихся. Из под согнутого на до мною убийцы я вывернулся с грациозностью кошки (льщу себе, на самом деле еле вылез — тело противника при ускорении стало будто каменное). По противнику я ударил сразу обеими клинками, направив удары в шею. Потом молниеносно переместился к оставшимся застывшим убийцам и стал их убивать. Первый получил нож в глазницу, его товарищ справа обзавелся глубоким — до позвонков — разрезом на шее. Разворачивая свое тело в право и став спиной к левому врагу, я вколотил ему оба клинка в печень и в селезенку, не забыв их там провернуть. Хоть Ворон и не рекомендовал так делать, ведь клинок при проворачивании может застрять, но я бил в мягкие ткани. Ребер, столь опасных для оружия, не было на пути ножей.
Еще двое умерли практически не успев заметить этого, хотя я увидел, как у последнего убитого зрачки провернулись вслед за мной. Вот тут я потерял концентрацию от вспышки гнева. Сразу все завертелось с прежней скоростью. Мои движения показались медленными и неторопливыми, будто во сне. Своих знакомых спасти я не успел. Все трое — Крун и пара приближенных — валились на пол с болтами в груди. Между тем, я привлек к себе внимание уцелевших убийц. Один из них негромко выругался, заметив упавшие фигуры своих товарищей. Раненый в живот, громко хрипел, пуская кровавые пузыри и суча ногами по полу. Совсем рядом с головою прошелестел клинок, и мне стоило огромных усилий увернуться от неминуемой смерти.
Меня спасло только то, что убийца поскользнулся в луже крови, натекшей на полу из тел убитых. Я отпрыгнул еще дальше и сотворил огненный шар в голову человека размером. Увидев творимое заклинание, один из противников громко выругался, но вместо того, что бы броситься ко мне, как его товарищи, он метнулся к окну. Шар влетел в троицу убийц и раскидал их горелыми ошметками по всему залу. Горячая волна достала и до меня, заставив пригнуться и прикрыть лицо рукавом. Сейчас я сильно пожалел о том, что оставил в комнате свою куртку. Холщовая рубаха не сильно спасало от огня. Тут я заметил своего последнего убийцу, который в этот момент выбивал ставни. Огня тут и так хватало — от последнего заклинания занялся пол и еще кое-где по стенам побежали веселые язычки пламени.
Чтобы не создавать еще большего жара, пришлось метнуть в него молнию, лишь в последний момент слегка ослабив ее силу. В результате. Убийца дернулся, но не упал, как я ожидал. Сообразив, что он защищен амулетом и может вот-вот уйти, я ударил его еще раз молнией, превратив его спину в обугленное месиво.
Только после этого я смог перевести и дух и оглядеться. Вокруг вповалку лежали мертвецы. Чистого воздуха почти не осталось и атмосферу заведения заполняла одуряющая смесь запаха свежей крови и дыма. Горел пол, дымились стены, но пока вяло. До основного жара еще было время.
Решив не терять времени, я бросился в свою комнату и выгреб все деньги из тайника, потом заскочил в комнату Ворона. Однажды он показал пару своих тайников, и я собирался их проверить. После мясорубки, что произошла подо мною на первом этаже, оставаться в городе я не собирался, поэтому очень нуждался в средствах.
К счастью двери были без запоров и не пришлось тратить время на его открывание. Сначала проверил тайник под кроватью и выгреб из него несколько пузырьков со смесями алхимиков и несколько амулетов, необходимых в воровском деле. Потом настала очередь тайника, располагающегося над дверью. Вот тут я стал обладателем изрядного количества золотых монет. Примерно полтораста штук. Все воровские принадлежности и золото полетели в сумку, а сумка надежно повисла на плече. Пробегая возле зеркала в коридоре, я бросил мимолетный взгляд на отражение и выругался. Окровавленная и закопченная фигура в рубашке больше походила на выходца из ада, чем на обычного прохожего, а ведь мне придется проходить с утра через ворота.
Пришлось в темпе броситься в свою комнату и из сундука достать запасную рубашку и штаны. Заодно я прихватил с кровати свою куртку и плащ. Когда я выскочил из комнаты, то сразу почуял усилившийся запах дыма. Заодно до моих ушей донесся треск горящего дерева. Плохо дело, если еще недолго задержусь в здании, то мои обгорелые кости присоединяться к костям бедолаг, что уже лежали внизу.
С лестницы я попросту спрыгнул, чтобы не терять время на спуск. Уже подбегая к входной двери успел заметить, что пораженный моей молнией убийца подает признаки жизни. Значит его амулет все же спас от мгновенной гибели. Ну и черт с ним, теперь пусть подыхает от огня и дыма. Мне его было совсем не жаль, за то что он и его приятели натворили в таверне.