— Так. Сколько до берега? — Спросила Зои.
— Далеко ещё. — Кира сидела в такой позе, что сразу было видно — вымоталась.
— Ложись тогда спать, я поведу.
Кира тяжело вздохнула. Спорить не стала, какой смысл спорить? Другого выхода у них не было, придётся лететь ночью.
— Когда это уже всё закончится. — Пробормотала Кира, сползая на пол. — Сдохнуть охота.
— Спи, давай. — Зои пододвинула ноги, чтобы Кира вытянулась в полный рост. Подумала, что ей было хуже — она выше, её ноги свисали с края и иногда черпали воду. С Кирой такой неприятности не случится.
Та заснула моментально. Зои не хотелось ставить ноги Кире на спину, но сидеть, скрючившись, она всё равно бы не смогла. Да и пространство для манёвра нужно было оставить, а когда ты словно крендель, там чтобы просто развернуться нужно время потратить. Так хоть руки свободны, если затормозить понадобится, да и мало ли что.
Темнело всё быстрее. Вскоре пришлось включить фары. Но только одну переднюю и на минимум. Зои решила, что нет смысла тратить заряд и без того почти пустых батарей на освещение ровной поверхности Луж.
И вот наступила ночь. Ничего страшного… Вначале Зои сильно снизила скорость, но время шло, а ничего настораживающего не происходило. Постепенно она увеличивала скорость и опомнилась уже на максимальной. Ну и выключать смысла не было. В лицо бил ветер, всё же больше двухсот километров, судя по спидометру. Удивительно, что транспортёр вообще смог развить такую скорость. Хотя может технику для освоения планет готовят как-то иначе, на всякий случай добавляют всевозможные функции, которые только получается впихнуть.
Зои летела всю ночь. Вначале ей казалось, что она вот-вот начнёт засыпать от однообразности происходящего, невозможно ведь часами ежесекундно вслушиваться и вглядываться в окружающую темноту. Но оказывается, вполне себе возможно. Даже больше — Зои чувствовала какой-то необъяснимый душевный подъём, какую-то невероятную лёгкость и свободу. Она неслась вперёд, временами поднимая брызги воды, и разве что не хохотала от восторга.
Что осталось в прошлом? Много болезненных воспоминаний и тиски всех тех правил, в которые она загнала себя сама. Лабиринт, из которого она не знала выхода, пусть даже потому, что просто никогда его не искала.
Здесь была свобода. Необъяснимая, жутковатая, дикая, но оттого ещё более прекрасная. Ненадолго подарившая ощущение простоты, когда жизнь течёт и уже поэтому каждый её миг прекрасен, и если она остановится, в этом не будет горя.
Когда стало светать, Зои всё ещё наслаждалась этим неожиданно вспыхнувшим чувством простора и независимости.
И вскоре после того, как стало светло, она увидала берег.
— Кира! — Воскликнула раньше, чем сообразила, что будить спутницу, в общем-то, необязательно. Но та уже проснулась и подняла голову. И тут же застонала от боли. Зои знала, как ей сейчас тяжело. — Впереди берег!
Пришлось останавливаться, чтобы Кира могла встать. Зато к берегу они подлетели вдвоём, гордо глядя на него с высоты пережитого путешествия. Всё же целые местные сутки над водой — не мелочи.
Как только вода закончилась, сменившись жёлтой полосой берега, они остановили транспортёр, вылезли и буквально упали на берег, распластались по нему, как морские звёзды. Пусть это была не мягкая земля, а застывшая губка и колючие травинки, но это была поверхность! На ней можно было валяться, по ней можно было кататься, прыгать и вообще делать всё то, что невозможно делать в воде.
— Боже, какой кайф! — Шептала Зои, лёжа на спине и раскинув руки. — Давай останемся тут навсегда.
— Угу. — Кира была немногословна.
Тишина была восхитительной! А потом они услышали звук пришедшего сообщения.
Глава 12. Домой
Всё время, пока на корабле находились девчонки, Васька чувствовала себя какой-то искусственной куклой, настроенной на определённый стиль общения. Она улыбалась, разговаривала, даже вроде слушала, но всё же удивлялась, отчего никто не интересуется, всё ли с ней в порядке.
Она не была в порядке. Данила попросил не рассказывать девчонкам, что именно они собирались проверять. Только если проверка будет удачной… только тогда можно сказать.
Проверка провалилась. Планета отпускала одну Василису. Как только на борту корабля оказывалась Зои или Кира, индикаторы принимались сбоить и краснеть. И оттого, что объяснить это разумными доводами не выходило, становилось только хуже. Будто ты в банке, как жучок, а тот, кто может управлять этой банкой, настолько иной, что ты никогда его не увидишь и не поймёшь.