— Приснился кошмар? — спросил лорд у Изверга. А потом резче сказал Рэтчер. — Девушку могли убить.
Кальдер выглянул из-за котла. Видимо, это была комната магии Феллстоуна. Большая комната была полна волшебных предметов: склянок с мутными настоями, зубами, ногтями и глазами, кубков, песочных часов, ритуальных ножей и украшений в форме символов. Феллстоун был в рабочем халате поверх туники и штанов, что были простыми, но из хорошей ткани. Он налил неприятно пахнущее зелье черпаком во флакон красной жидкости — явно крови — что принесла Рэтчер.
— Милорд, она не была в опасности, — сказала Рэтчер. — Серьезного ущерба нет.
— Она упала.
— Повреждена только рука.
«Тесса жива», — Кальдер обрадовался, казалось, что он закричит. Пострадала только ее рука, это она переживет. Они пробрались в замок живыми. Хотя Эш был в плену, а Тесса — неизвестно где, его сердце радовалось, словно они уже завершили задание.
— Думаю, Жуткая кость ее исцелит, — сказала Рэтчер. — Но, конечно, решать лорду.
— Я не люблю ею делиться.
— Никто и не ждет этого, милорд. Уверена, это не обсуждается.
— Не тебе это говорить, Рэтчер, — Феллстоун перестал мешать зелье. — Если подумать, я бы даже позволил. Рана маленькая?
— Да, но разве это важно?
— Да. Я разрешу. В этот раз.
— Если вы уверены…
— Не заставляй повторять! — Феллстоун отошел от флакона и ключом открыл большой шкаф из тяжелого дерева, украшенный узорами из позолоты. — Не вижу вреда в использовании ее ребенком.
Рэтчер склонила голову.
Удача позволила узнать, где Жуткая кость. Но Кальдеру не нравилось, что ее используют на Тессе. Кто знал, какими будут эффекты? Магия действовала сама, могла повлиять хорошо, а могла и плохо. Возвращение отца Тессы к жизни тоже могло иметь негативные последствия, но смерть была хуже.
Кальдера почти интриговал интерес Феллстоуна к Тессе. Он не презирал дочь Фэлин, даже наоборот, оберегал. Это мог быть знак, что Фэлин еще жива и на хорошем счету. Он не видел следов ее присутствия в замке, не слышал, чтобы о ней говорили, но он не проверил еще много мест в крепости. Еще будет время… если его не схватят.
Лорд вытащил кожаный мешочек из шкафа. Внутри было видно тяжелую древнюю книгу со странными письменами на обложке. Он вручил мешочек Рэтчер и запер шкаф. Вернувшись к флакону, он вылил содержимое в чашку.
— Это должно вызвать зверя во мне, — сказал он. — Жуткая кость осушила меня, — он выпил зелье, скривился. Его лицо побледнело, пот выступил на лбу.
— Жду вашего превращения, милорд, — сказала Рэтчер.
24
ТЕССА
Мне пришлось взять себя в руки, не было времени горевать. Мне нужно было найти Эша и Кальдера, а потом украсть Жуткую кость. Каждая слеза и лишнее действие тратили ценное время, что осталось для спасения папы. А мама… будет время поискать ее, если мы сбежим отсюда живыми.
Сначала мне нужно было переодеться, а не ходить в ночной рубашке. Мою одежду забрали, и пришлось выбирать из вещей в шкафу. Я снова посмотрела на платья, нашла самое простое из коричневого муслина с кружевом спереди. Я надела его и посмотрела на себя в зеркало. Оно село удивительно хорошо, и длина была правильной. Мама была бы рада, увидев, что я подросла и могу носить ее одежду. Я обула красивые кожаные туфли. К сожалению, мои ноги были крупнее, чем ее, но это было терпимо.
Я прикрепила мешочек к поясу и поспешила к двери. Конечно, она была заперта снаружи, но времени не было, и я вытащила ключ из своей коллекции, что идеально подошел к замку. Я выглянула в коридор, чтобы проверить, что он пуст, и вышла.
Редкие жители Сорренвуда видели замок изнутри, но все догадывались, как он выглядит. Как и остальные, я представляла мрачные коридоры, полные странных существ, прячущихся в тенях, кривые двери, что скрипели, когда их открывали, и комнаты с разбитой мебелью, паутину по углам и крыс на полу. Реальность сильно отличалась от моих представлений. Солнце лилось в ряды изогнутых окон. Сияющие люстры висели под потолками высоко надо мной. Яркие фрески изображали жизнь в деревне и покрывали части на бежевых стенах. Богатые красно-золотые ковры, так не похожие на жуткие вытертые ковры у меня дома, на отполированном паркете. Я любовалась видами, думала о том, поверила ли мама, увидев замок, что она самая счастливая невеста в мире.