— Она кусает только чужих! — зардевшись от гордости, сообщила
Молния. — Росинка — прирождённая маленькая охранница. Сначала я подумала, что эта бедовая парочка пришла за моими наградами или за какой-нибудь дурацкой историей, чтобы продать её газетчикам. Но потом поняла, что пропала только бумажка со списком мест, для которых ты взял карты. Я оставила её на рояле.
— Их зовут Макс и Марта, — сообщил Лучик. — Я их хорошо запомнил. Мы встретились у таверны «Резвая свинка», а потом видели, как они сновали у порта Айзека и как пытались снять комнату в отеле О’Нилла.
— Наверняка они охотятся за ОЗО! Хотят похитить его или помешать ему добраться до цели! — воскликнула Мими.
— Я тоже так подумала, — сказала Молния и посмотрела на ОЗО. — Полагаю, ОЗО — это вы? — спросила она.
— ОЗО, — сказал ОЗО.
— Поэтому я пошла на лётное поле и завела «Канарейку».
— Куда ты её завела? — с ужасом спросила миссис Ворчунья.
— Жена, не глупи! — воскликнул мистер Ворчун. — Завела — значит, взяла себе! Она взяла в дом канарейку!
— «Канарейка» — это мой самолёт... мой бывший самолёт, — со вздохом сказала Мими. — А «завела» значит просто «запустила мотор».
— Думаете, это саботаж? — поинтересовалась Мими. — Думаете, кто-то специально сломал самолёт, чтобы вы до нас не долетели? Ведь вы могли погибнуть...
— И врезаться в нас, — пробормотала миссис Ворчунья. И крепко обняла Колючку, лежавшего у неё на коленях.
Колючка был чучелом ежа, так что очень зря она это сделала.
— Ай! Плохой ёж! — воскликнула она и, не сдержавшись, шлёпнула чучело. — Ай! — снова вскрикнула миссис Ворчунья, отдёрнула руку и стала посасывать уколотое место.
— Саботаж? Нет, дорогая, — сказала Молния. — Никто не мог знать, что я собираюсь куда-то полететь на самолёте, к тому же у злоумышленников всё равно не хватило бы времени хоть что-то предпринять.
— Что же случилось, как вы думаете?
— Мой механик Эрл — вот что случилось... точнее, не случилось. Он клялся, что починил неисправность в топливном насосе, и я думала, что это правда... Но, судя по всему, нет.
— Вот оно что, — сказал мистер Ворчун. Он перегнулся через стол и взял Молнию Макгинти за руку. — Ты потеряла своего попугайчика...
— «Канарейку», — поправила его Мими.
Мистер Ворчун нахмурился.
— Свой самолёт... и чуть не погибла, когда пыталась нас предупредить. Не знаю, что сказать, Молния.
— Я вот чего не могу понять, — зашептал Лучик Мими. — Если папа однажды пытался украсть её дверной молоток, то зачем она навлекла на себя столько неприятностей, чтобы его предупредить? Они ведь даже не лучшие друзья! Он и в дом-то её не заходит, всё кричит через окно!
Пока все остальные увлечённо болтали, Мими снова повернулась к Лучику.
— Я ещё кое о чём подумала, — шепнула она.
— О чём? — шёпотом спросил Лучик.
— О форме Лэзенби, — сообщила Мими.
— А что с ней не так?
— Если Роддерс Лэзенби действительно не знал, что поведёт корабль, то почему при нём оказалась полная капитанская форма?
Лучик проглотил кусочек пирога с желудями и опилками. У него не было ответа на этот вопрос.
Глава двенадцатая
Прямо по курсу земля!
Мими и Лучик сидели на кровати в каюте.
— Как ты думаешь, мы в опасности? — спросила Мими.
— Жить в ветхом поместье, в котором не хватает половиц, опасно, — сказал Лучик. — Соскребать раздавленных животных с дороги, а потом их есть тоже опасно... А опасно ли это? — спросил он, пожимая плечами. — Кто знает?
— Я всё не могу понять, тот человек, который дал твоему папе задание, — он плохой или хороший? — поинтересовалась Мими.
Она опять побрызгалась своими самодельными розовыми духами из розовых лепестков и поэтому пахла очень розово.
— Я об этом не думал, — признался Лучик. — Мы же хорошие, вот я и подумал, что люди, на которых мы работаем, тоже хорошие.
Мими взглянула на него сквозь розовые стёклышки очков:
— И ты считаешь мистера Ворчуна хорошим, Лучик? Не забывай, он украл тебя с бельевой верёвки...
— Начнём с того, что ребёнок вообще не должен висеть на бельевой верёвке, да ещё с прищепками на ушах, — заметил Лучик. — Получается... в каком-то смысле он меня спас, — заключил он и выражение его лица изменилось.
— Что такое? — спросила Мими.
— Я просто впервые до этого додумался... По крайней мере, впервые смог выразить это словами. Он спас меня...
По Мими было видно, что её эти слова не особо убедили, но ей хватило такта, чтобы сменить тему.